Writober. Осенние зарисовки

Серая волчья морда нежити оторвалась от своего пиршества и повернулась в его сторону, лениво отреагировав на этот громкий звук. Желтые глаза твари сверкнули пламенем тысячи свечей. С оскаленной окровавленной пасти стекали красные капли прямо на бабушкин персидский ковер, убийца лишь плотоядно облизнулся.

Нежить рыкнула, будто скомандовав: «Беги!»

Только после этого мальчик отмер, и побежал. Длинные коридоры, нескончаемые двери, пустые комнаты и залы - его башмачки отбивали нестройный стук в такт сердцу. Бездумно он прорывался сквозь родной дом, шокированный и онемевший, а перед глазами стояла ужасная увиденная картинка.

Они праздновали его восьмой день рождения. Собралась вся семья, слуги и даже их дети. Смех, музыка, веселые лица - все это прекратилось в один миг. Вместо этого теперь праздничная комната была усыпана растерзанными телами. Кровавые брызги заляпали стены, пол и мебель, угощение и подарки были разбросаны, как бесполезный мусор.

Да и сам он, слыша тяжелое дыхание нежити за спиной, понимал, что тоже вскоре станет никем. Такой же растерзанной плотью, а затем бесплотным духом!

Зловещий мрак распахнул ему свои объятия. Мальчик на секунду замер, не ожидая, что двери распахнутся в темноту... А потом обернулся на жуткий стук огромных когтей по деревянным доскам коридора, и в мгновение ока понял - дом, это уже не уютная безопасная крепость.

Чернота, окружавшая дом и сад и весь мир вокруг, показалась спасением.

Показалось, что в ней можно скрыться, спастись от когтей и клыков, спрятаться и стать невидимым.

Мальчик храбро бросился в темноту и понесся, не различая ничего во мгле. Если до этого ему отказал слух, то теперь и зрение было бессильно во мгле ночи.

Он продолжал бежать, выдираясь из крючковатых веток, что цеплялись за его одежду, прикрывал лицо руками от хлестких ударов тонких прутиков и листьев, он спотыкался о корни деревьев, но каким-то чудом успевал встать на ноги и бежать дальше.

А потом показалось, что кто-то большой и уютный догнал и бежит рядом. Защищает его от угрозы, отводит от него преграды, окутал его коконом тепла и спокойствия. А потом и вовсе подхватил на руки и понес прочь от страшного дома и разбитого вдребезги детства.

Мальчик обнял ручонками отцовскую шею и прижался всем существом к родному телу.