Сукины дети. Тот самый

Теперь было явственно видно голову, плечи, довольно таки пышную грудь, талию, длинные ноги... Щеки, которые раньше казались мучнистыми подушками, сейчас втянулись, черты лица её сделались чёткими, волосы не казались более паутиной, а серебряным каскадом спадали ниже талии. Молодая женщина. При жизни, наверное, красивая...

Сейчас рот её был распахнут в крике, а руки с острыми длинными ногтями тянулись к нам. Женщина была вся бледная, прозрачная, как Кентервильское приведение из мультика, и целостность облика портило лишь одно: с прозрачных ногтей её капали вполне настоящие капли крови.

С тяжелым стуком плюхались они на пол, быстро бурели и подёргивались сизой плёнкой.

- А-А-А!... - пуще прежнего заверещал Гера. - Убери её от меня!

По щекам его, тоже сизым от проступившей щетины, катились крупные слёзы.

- Христом-Богом, - он упал на колени и попятился от духа в самый дальний угол, за холодильник. - Всё забирай, только меня не трогай... Машину бери, хату бери...

На этот раз дух был умнее: в пентаграмму не полез, колыхался у дальней стены.

Расстояние ослабило суггестивное его воздействие - я не чувствовал ни смертной тоски, ни того сухого пыльного сарая с пауками; но желание вскрыть себе вены было почти непреодолимым - по большей части, чтобы не слышать надрывного Гериного воя...

Помотылявшись по углам, и не найдя пути через пентакль, дух исчез. Но не успел я выдохнуть, как он появился - на нашей стороне кухни, где места для манёвра было гораздо больше.

Кровь с рук текла ручьями, прямо таки сплошным потоком.

На полу уже набирались не капли, а полноценные лужи.

Я не к месту подумал: влетит мне от девчонок за беспорядок...

Гера к этому времени скрылся совершенно - забился под подоконник, и оттуда шел лишь скулёж, как от скорбной зубами гиены.

Дух же смотрел на меня. Не знаю, как он умудрялся смотреть без глаз - там были лишь чёрные провалы - но от взгляда его мышцы сделались ватными, ноги подкосились, и я грохнулся бы на пол, если бы не табурет.

Почувствовав под седалищем прочную твердь, я немного пришел в себя.

Дух, тем временем, нависал уже надо мною. Пасть его, полная острых, как иглы зубов, распахнулась невероятно, и нацелилась на моё горло...

В краткий миг просветления я пожалел, что сразу, как только дух развеялся в первый раз, не нашел мешок соли и не рассыпал её по всему полу. Но делать нечего: на кухне я полный профан, и где взять вожделенный мешок - не ведал.

Тогда я ощупью открыл ящик стола и достал нож.