Лучший из худших

Впервые за эти дни я наелся до отвала, даже пришлось ослабить поясной ремешок на брюках.

Санников от меня не отставал. Он тоже по-солдатски быстро расправился с первым, вторым и третьим.

Само собой, после столь плотного обеда резко напала сонливость – недосып вечный спутник любого военного. Но было жаль тратить драгоценные часы и минуты увольнения на сон, тем более, следующий этап «культурной программы» включал в себя визит в бордель. А это меня волновало ещё сильнее, чем еда.

Я, конечно, опасался «намотать» чего-нибудь на свой «винт».

Предварительно от Цыгана выяснил, что ничего такого подхватить в городском «лупанарии» мне не грозит. Девочек тщательно осматривают, они регулярно сдают анализы и проходят всяческие медкомиссии, и вообще отношение к этой индустрии довольно серьёзное, почти как к космонавтике моего мира.

- Расслабься и получай удовольствие, - так напутствовал меня Цыган перед увольнением.

Я всё-таки был человеком мнительным, однако сейчас эта своеобразная опасность скорее распаляла моё желание, чем отпугивала.

- Пора и честь знать! – сказал Санников.

Он подозвал официантку, расплатился с ней по счёту и дал хорошие чаевые.

Когда я выходил из кафе, то невольно повернулся, ощутив на спине чужой взгляд. И не ошибся – это официантка по-прежнему разглядывала меня с какими-то странным интересом, но я не мог понять с каким именно – было в нём что-то нехорошее, вивисекторское.

Довольные как коты, обожравшиеся сметаной, мы потопали к следующему пункту назначения.

Снова залезли в такой же «бусик», вернулись на несколько остановок назад, и вышли возле небольшого бульвара.

Пешком отмахали пару кварталов.

- Далеко ещё идти, господин ефрейтор? – спросил я.

- Видишь, вон то здание с розовой вывеской? - показал мне Санников.

- Так точно, вижу.

- Нам туда, - сказал он. – Даже не сомневайся, тебе там понравится.

- А я и не сомневаюсь, - мой рот сам по себе растянулся в улыбке.

И так же самопроизвольно улыбка стёрлась с моего лица. Из борделя навстречу нам высыпала толпа молодцеватых парней в военной форме.

И, судя по погонам, это были юнкера.

А, что хуже всего – они тоже нас заметили.

Глава 14

Глава 14

У меня в голове сразу выветрились остатки хмеля. Не будь рядом Санникова, я бы развернулся, чтобы позорно измотать противника бегом. Их человек десять-двенадцать, а нас двое.