Семена хаоса

Он уже повернулся, чтобы уходить, когда Ярослав заметил:

– У Андрея повреждён глаз, перенапряжение при входе на Столбовую может плохо на него подействовать. Кому-то придётся пойти с ним.

– Я пойду, – вызвалась Лена.

Ярослав нахмурился и уже собирался возразить, когда его прервали:

– Да что б вас всех, – влез в разговор Артём. – Геман уже весь мир захватить успеет, пока мы тут ерундой страдаем. Может, займёмся уже делом, а?

– Ладно, решили. Андрей с Леной – на Столбовую, остальные – прочёсывать город.

Альтин, а за ним и все остальные, развернулись и направились к тропе.

– Отдыхай! – уходя, Артём хлопнул Андрея по плечу, ухмыльнулся и зачем-то подмигнул.

Ярослав перед уходом молча взял Лену за руку и посмотрел в глаза.

«Не волнуйся», – тихо шепнула ему девушка.

Заклинатель кивнул и последовал за остальными, ни разу не обернувшись. На поляне остались только Андрей с Леной, да лежащие без сознания люди, бывшие сосуды духа.

– Так, значит, вы теперь… – попытался было спросить Андрей, но Лена резко оборвала его:

– Не начинай.

Они молча направились к выходу из леса. Андрей и Лена так и не проронили ни слова, пока добирались до освещённых закатным светом улиц города. Молодой маг и юная ведьма шагали, каждый думая о своём. Андрей гадал, зачем Лена вообще вызвалась сопровождать его. Только когда впереди показался вход на Столбовую, ведьма произнесла:

– Ив погибла.

– Я знаю, – кивнул Андрей. – Мы встретили её дух в мире мёртвых. Мой учитель – тоже.

– Мне было очень тяжело. И тебя не было рядом. Вообще никого, кроме Ярослава, который очень помог мне.

– Интересное определение для любви, – не удержался Андрей.

– Не смей меня осуждать! Я и не говорю, что люблю его, но он был рядом, когда был нужен. Любовь так быстро не возникает, но она появляется как раз из таких чувств. Какое ты вообще имеешь право судить, кого и за что мне любить?

– Минуту, какого чёрта ты меня обвиняешь? Я вообще-то был не на курорте, я застрял в мире мёртвых.

– Вот именно. Ты не подумал. А он бы подумал. В этом вся разница. Первое, о чём ты подумал после возвращения, была не я.

Андрей замер с приоткрытым ртом, потом махнул рукой.

– Проехали.

– Как скажешь.

Эфирное зрение обесцветило всё вокруг и отозвалось острой болью в покалеченном глазу. Андрей шагнул вперёд, и первое, что он услышал, был грохот.