Ехал Грека

– С лестницы давно не спускали? – поинтересовался Егор.

Гость хмыкнул.

– Меня вообще не спускали с лестницы. И знаешь, я бы не советовал.

– Говори. Лучше без предисловий.

– С юродивым общался?

Егор кивнул.

– Он нас перепутал. Разумеется, юродивый не сам по себе и не болтал, что на ум взбрело. Передал, что велели. Он – проводник между…

Украдкой приглядываясь к Браславскому, Егор отметил: не так уж они похожи. Различия есть, и немалые. Надо быть идиотом, чтобы спутать его и этого заносчивого хлыща.

Впрочем, чокнутый проделал это с двойным успехом – утром и вечером.

– …кроме того, юродивый пометил тебя. Отныне ты дичь, добыча. Охота ринется по твоим следам, настигнет и убьёт.

– Зачем… предупреждаешь? – угрюмо процедил Егор.

– Не веришь мне?

– Чему я должен верить? Что за вздор?! Какие-то охотники, месть. Проклятие. Древнее, поди?

– Древнее, – вздохнул Браславский. – Наш род проклят. Мой предок, Роман Яновский, крепко ошибся четыре века назад. Верно, дьявол помрачил его разум, водил его рукой.

Он отравил и предательски убил своего побратима.

– Короля Стаха, – закончил Егор, повторяя услышанное по телевизору.

– Да, короля Стаха и людей его. Мёртвых и раненых утопили в болоте: приторочили к сёдлам и погнали коней в прорву…

Браславский смотрел перед собой невидящими, белыми глазами, и от его тихого голоса Егора продрал озноб.

– Вскоре они вернулись… Неупокоенные, отвергнутые и землей, и небом. Роман Старый погиб. Погиб его сын, и сын его сына, и дети их, и внуки.

Никто из семьи Яновских не умер своей смертью. Я последний в роду. Последний, кому они мстят.

Очнувшись, Браславский потянулся к бутылке и, не притрагиваясь к закуске, опрокинул подряд две рюмки.

– Теперь будут гнаться за тобой. Ты ведь слышал о Дикой охоте?

– Это же… легенда, – только и смог выдавить Егор.

Вальдемар недобро усмехнулся:

– Легенда? Скажи это моему отцу. Деду. Брату. – Голос Браславского охрип. – И тем, кто придет за тобой.

* * *

На рассвете Егор забылся беспокойным, тяжёлым сном.

В разбитое окно задувал ветер, звенел подвесками люстры, а Егору чудилось – двойник Вальдемар звенит рюмкой. Чокается с бутылкой и пьёт водку как воду, не пьянея. Егор, захмелевший на голодный желудок, с интересом изучает Браславского в анфас и профиль. Вот так похож, вот так – не похож…

По кухне бродят тени, и Егору мерещится черти что. Ночной разговор отдаёт сумасшествием.

– Тебе нужен Грека.

– Грек… а? – Егор икает.