999999999 маны - Том 5

Старый Люций, прежний Люций, его лучший друг, был настоящим Императором, мудрым и терпеливым. Он бы не оторвал его от спасения наследницы. Он бы… говорил иначе. Спрашивал иначе. Просто вёл бы себя - совсем не так, как то существо, которое вызвало его.

И которое, при всём при том, являлось никем иным, как Люцием.

И вот теперь уже утро, его внук умирает, его внучка пропала без вести, а страну ждёт неизвестно что. Неправильно. Несправедливо.

Именно с такими мыслями старик въехал в столовую. Грант и Варвара уже были здесь, но Герберт не удостоил их и взглядом – его глаза скользили сейчас по большой, старой фотографии на стене.

Он – молодой, загорелый, здоровый. И Люций. Они стоят в обнимку, на лицах улыбки. Друзья навеки, соратники с большими планами!.. Весь мир впереди и все дороги открыты.

- Папа?

Герберт обернулся.

- Папа, что происходит? – тон Гранта был почти требующим. – Откуда взялся новый Император?

- А ты сам как думаешь, Грант? – хмыкнул старик, снова поворачиваясь к низко висящей фотографии и снимая её со стены.

- Мы не сомневаемся в том, что это Император, но... кто этот Император? – подала голос Варвара. – Убийство и это появление – части одного целого? Нам... следует чего-то опасаться?

- Не сомневаетесь? – Герберт не двинулся с места, глядя не на родню, а на фотографию. – Сомневаться иногда полезно.

- Так ты ответишь, кто это такой? – потерял терпение Грант.

- Люций. Тот самый Люций, с которым вместе я построил эту страну, - честно ответил Шраут. – Ты задаёшь не те вопросы, сын. Ты ищешь ответа там, где нужно искать руководство к действию.

«Именно поэтому я и не передал тебе всю власть», - мысленно закончил он.

Особняк Шраутов огласился громким, гулким звоном; часы били десять.

- Хватит говорить загадками, - Грант встал. – Папа. Если дом Шраутов.

Старик быстро поднял глаза. Ни старость, ни болезни не смогли притупить его реакции, и он сразу увидел причину испуга Гранта. Огромное, тёмно-багровое пятно расползалось по небу.

Скверна?..

- Вот и ответ, - медленно заключил Герберт, небрежным движением руки разбивая рамку о подоконник. Осколки стекла брызнули на ковёр, деревяшка треснула.

- Что это? – Варвара вскочила. – Дорогой, что это?

- Ничего хорошего, - Грант бросился к двери.