Выбор Проклятого

— Я холодная, — Ира поставила ребенка на пол, вошла в комнату, — привет, Кот! — поздоровалась она с мужем и добавила, — снаружи мороз, впрочем, как всегда.

Проклятый не успел ответить, как на пороге появилась Оксана — Ирина сестра. Она впервые увидела ставшего маленьким Михаила довольно давно, но каждый раз при виде крохотного мужчины, ее глаза на миг расширялись, в них читался один и тот же вопрос: — «Как такое может быть? Как это возможно?».

Миша в свою очередь глянул на нее и вздохнул. Шрам не девичьем лице практически затянулся, от него осталась лишь тонкая, белая полоска.

Ира, благодаря которой уродливый порез превратился в аккуратную, тонкую линию, уверяла что через пару недель, максимум месяц, исчезнет и этот «след былой любви», и Миша надеялся что она права. Милой и добродушной Оксане, совершенно не нужно такое напоминание о ее бывшем парне, на поверку оказавшимся редкостным дерьмом.

Увидев Оксану, малыш обрадовался еще больше, начал теребить ее, прося взять его на руки.

Надеясь что тетя окажется более сговорчивой чем мама.

Так и случилось, девушка с улыбкой подняла его, стараясь не прижимать к холодному пальто и посторонилась пропуская в комнату следующую участницу их развеселой компании. Девочку лет десяти — двенадцати.

— Привет, мелкий — она помахала Мише правой рукой, пряча левую за спину.

— Привет, егоза! — Миша не обиделся на мелкого, и воспользовавшись тем, что Валик отвлекся на тетю, вышел из-за своего импровизированного укрытия.

В глазах маленькой красотки мелькнули озорные искорки. Снежок, который она все это время прятала между большим и указательным пальцами левой руки, взлетел в воздух, описал высокую дугу, ударил лилипута в грудь, сбил с ног, засыпав снегом.

— Анька — вскрикнула возмущенная Ира, — прекрати баловаться!

— А она, похоже не продолжает — ответил Миша, поднимаясь и пытаясь стряхнуть снег. — Если, конечно, не принесла пару снарядов в карманах.

— Я больше не буду, — покаянно произнесла девочка, но смеющиеся глаза говорили обратное.

— Пусть Мишка тоже в меня кинет — и Аня склонилась над Проклятым, подставляя веснушчатое личико, и картинно жмурясь.

Проклятый, которому удалось очистится от снега лишь улыбнулся и кидаться не стал. — Во-первых, не хотелось лепить снежок и морозить руки, а во-вторых, все равно бесполезно. Вместо этого шутливо пригрозил:

— Будешь хулиганить, приду во сне, засыплю с ног до головы.