Мастера заднего плана

По мне оно ничем не отличалось дворницкой в том подвале, куда мы пытались проникнуть, но человек, ведавший пропуском посетителей, спрашивал приглашения, и это придавало гостям чувство псевдо-элитарности.

Вероника трещала, как сорока, и все в баре вынуждены были слушать про наши дела. Ладно. Она добилась успеха сразу по двум направлениям. Она побывала в «Микрохирургии глаза» и поговорила с девушкой-администратором, которую уговорила посмотреть в журнале даты посещений Марьяны Ильдасовой. А уже позже она обратилась по поводу записи Марии Балабановой (убедившись, что смена уже другая), и установила, что Самасебекоролева Ильдасова и Балабанова проходили лечение у одного и того же специалиста, имея, таким образом, возможность часто встречаться.

Факт их знакомства был установлен.

Не менее удачным вышел и разговор с подругой Светланой из соседнего отдела. Когда Вероника спросила, что в офисе нового, та вздохнула с такой тяжестью, словно на нее ополчился целый мир. «Не по телефону. В кафе, где мы обычно празднуем день рожденья», – назначила она.

На работе Веронике было появляться небезопасно. В кадрах уже лежал приказ о ее увольнении.

«Света мне говорила…» – «Света?» – спросил я. – «Моя коллега». – «Ты здесь работаешь?» – Вероника чуть не забыла про свою легенду. И мне пришлось напомнить ей об этом.

«Меня наказали. Перевели в другой отдел», – оправдывалась она.

Я промолчал. Лучше не задавать лишних вопросов. Вероника оказалась хорошей рассказчицей. В чем причина ее откровенности? Я не вызывал у нее опасения.

Не тот человек, которого ей велели опасаться.

Она надеялась, что все обойдется. Мне бы ее оптимизм.

Когда она закончила 9а говорила она на повышенном тоне). Все нас откровенно презирали. В этом клабхаусе было принято демонстрировать недовольство ближним. Даже бармен сказал, что у него нет сигарет, хотя я даже и не спрашивал. Первый раз видел такое место, где бы так презирали людей.

Разговор с коллегой она передала в лицах. «Всем ясно, что тебя подставили, подруга!» – сходу заявила ей Светлана.

Она оказалась неплохо осведомлена, потому что много времени проводила в курилке, а та служила подлинной угрозой национальной безопасности в пределах отдельно взятого учреждения. Эта незнакомая мне Светлана была битком набита историями, только слушать.

Вероника терпеть не могла Ильдасова, из-за которого в здании не найти уголка, где можно спокойно выкурить сигарету, по его знаку охранники выводили курильщика на улицу и назад не пускали.