Поэтический случай

Я тоже машинально кивнул, после чего она подалась вперед и зашла в квартиру, звонко цокая копытами. Я выглянул на площадку, в надежде увидеть шутников, давящихся смехом над удачным розыгрышем, но там никого не было. А из комнаты донеслось— Николаич, закрывай дверь, и давай сюда!Я закрыл дверь и ошеломленно замер, боясь повернуться. До меня дошло, что в квартире никого не было, кроме... говорящей лошади?!"Кто? Конь в пальто!" — закрутилась в голове дурацкая фраза. Действительно, надо было еще спросить "кто?" — саркастически подумал я и отхлебнув еще глоток, повернулся.

Лошадь не исчезла, потому-что из комнаты доносились какие-то непривычные звуки — сопение и громкий шорох.— Ну где ты там, иди уже! — в голосе звучали нотки нетерпения, и мне не оставалось другого выбора, как осторожно войти в комнату. ***Лошадь сидела на полу на задних ногах и опираясь на вытянутые передние, как собака. Она была скорее белого цвета, во всяком случае, белее потолка. Но самое поразительное — то, что вначале я принял за попону, оказалось парой настоящих крыльев, которые теперь красовались, гордо расправленные, у нее за спиной. Видимо, это был Он...Подтвердив мои догадки, (конь) приветливо глянул на меня большими карими глазами и произнес,— Да да, он самый, прошу любить и жаловать...Я так и застыл в дверях со своей бутылкой, не зная, как быть.— Да не тушуйся, Николаич, давай сюда, садись рядом и рассказывай, чего не получается! — голос у него был довольно приятен, можно сказать, баритон, хотя и вроде как с иностранным акцентом (действительно, это же не. .. ммм... славянский конь!).Я сел рядом, скрестив ноги по-турецки. Пегас кивнул на пиво,— Угостишь?Я, спохватившись, неуверенно протянул бутылку, не понимая, как он собирается из нее пить, но он, ловко обхватил ее передними копытами, запрокинул морду и опустошил одним глотком. После чего глаза его стали еще теплее, и, интеллигентно отрыгнув (деликатно отвернув морду в сторону и извинившись на французком), он продолжил разговор.— Ах, Габриэлла. ..девочка моя!— ??— Ту кобылицу звали Габриэлла, про которую ты думаешь написать, — я помню ее, как сейчас, эти крутые бедра... — Пегас мечтательно прикрыл глаза и опять вроде задремал, но через секунду гордо встряхнул гривой и спросил,— А кстати, где твой пенный элексир?— Это была последняя бутылка, я же не знал...Пегас фыркнул, как настоящий конь, и с чувством стукнул копытом по полу — я даже испугался, что он его проломит.— Ты все-таки посмотри в своем...