Уникум 3: Практикум

По идее, сейчас должно было начаться сражение. Вон этот красавец даже снег начал поднимать, все ж таки его стихия, а я, напротив, припал набок, держась окровавленной рукой за не менее окровавленную ногу. Больше того, вся правая сторона тела оказалась будто стесана громадным рубанком. Зато теперь я знаю, что бывает с магом, который очень хочет переместиться в другой мир, но не обладает должным количеством силы. Некто всемогущий будто пропустил меня, взяв небольшой штраф. Понятно, что ни о каком сопротивлении не могло быть и речи.

Более того, я даже не задумывался, как буду возвращаться.

Поднявшаяся пурга колола лицо, крупные льдинки оставляли на коже легкие порезы. И в довершение всего тритон неуклюжими движениями подошел ко мне и приподнял за грудки.

Я закричал, не особо сдерживаясь. Ну, а кого тут стесняться? Тритоша уже почти как свой. Ему, кстати, здесь нравилось не больше моего. Пусть он и был амфибией, но явно предпочитал воду суше. А тут вообще непонятно что. И ни единого намека на то, что где-то за очередным склоном Волга впадает в Каспийское море.

Тут не было никого, кто мог помешать монстру расправиться со мной. Ну, почти никого.

Теневика я почувствовал на третьей-четвертой секунде пребывания в Иномирье, просто отреагировать должным образом не успел. Сначала этот разодранный бок, потом диалог без слов с тритоном, следом — мысли о скорой смерти. Но с каждой новой секундой аура теневика становилась все явственнее. Более того, монстр, держащий меня, тоже беспокойно завертел головой.

Да, я знаю, мой новый иномирный друг такой: его легко найти, трудно потерять и невозможно забыть.

От школы, где я оставил озлобленного приятеля, до моего имения путь был неблизкий. Теневик пробежал его меньше чем за минуту, явно ставя новый спринтерский рекорд Иномирья. И буквально ворвался в нашу с тритоном интимную обстановку, причем действовать стал более чем радикально.

Монстр — это я сейчас про водяное создание, а не милую потустороннюю ящерицесобаку, — конвульсивно дернулся и отпустил меня из цепких лап.

Все дело в том, что теневик одним резким движением попросту сожрал половину головы тритона. И теперь потягивал силу из умирающего существа, словно коктейль с помощью трубочки.

Я, с изначально разорванным боком, а следом еще и ударившийся при падении, смотрел на эту картину и даже боялся дышать. Теневик расправился с моим обидчиком слишком легко, будто боксер-профессионал, уложивший юниора в первом раунде. Собственно, на это и был расчет.