Венец. Эпизод третий

Кэйтлин, когда я первый раз пришел ее навестить, охарактеризовала свое обиталище фразой «тюремная психушка». Я не стал с ней спорить — действительно было похоже.

— Я пришел сказать, что сегодня тебя выписывают, — сказал я, присаживаясь на стул у кровати. — Твой лечащий врач вынесла заключение, что ты более не опасна для окружающих. Если, конечно, будешь носить блокиратор за пределами учебных помещений и пить назначенные лекарства. Амалайя тоже так думает, поэтому ждем выписку и домой!

Может быть, с моей стороны и было самонадеянно называть свою квартиру домом для человека, чужого в этом мире, но девушка, кажется, ничего против этого не имела.

— Хвала богам! — воскликнула она. А я подумал, что она уже довольно хорошо адаптировалась. Вон, даже в восклицании поминает богов, как местная! — Я уже со скуки на стену готова лезть! Делать тут нечего!

— Я думал, ты читала. У тебя же был доступ к сети, — и я указал рукой на портативный компьютер, который ей принес.

— С интернетом, тут ты прав, было не так ужасно, — рассмеялась она.

— Но — неделя, Карл!

— Меня не так зовут.

— Это цитата, Антон, не обращай внимания! — Кэйтлин отмахнулась. — Просто неделя — это слишком долго. Я успела выучить историю вашего мира, пока тут лежала. Трэш, конечно!

Еще одно словечко из ее лексикона. Я раньше значения его не понимал, но затем сам не заметил, как стал его использовать в своей речи.

— И что же в нашей истории тебе показалось таким трэшовым?

— Ой, да все! У вас же Англии не было.

Британии, в смысле.

— Как это не было? А орки, по-твоему, откуда взялись?

— Вот! Об этом я и говорю! Орки! У нас на острове жили кельты, которых сперва завоевали римляне, потом саксы, норманны и бог весть еще кто! В итоге из этой солянки появилась нация — англичане, которая во многом определила развитие нашего мира. Колониальные войны, политика, язык — пожалуй, нет ничего, на что британцы влияния не оказали. А у вас — орки-изоляционисты.

— Ну, не такие уж они изоляционисты…

Хотя тут она права.

Только за известную нам, людям, историю орки трижды запирались на своем острове, чтобы в очередной раз осмыслить свое место в мире и прочие вопросы мироздания. В первый раз все закончилось отказом (сперва формальным) от ритуальной магии, во-второй — разрывом союза с эльфами, а в третий — выступлением на стороне людей. Ментаты, что с них взять!

— И в результате гегемоном на долгое время стала Франция, — продолжила между тем Кэйтлин.