Час-корень

Она, быстро оглянувшись, чмокнула его в щёку и направилась к перекрёстку; каблучки задорно и звонко цокали по тротуарным плитам. Он проводил её взглядом, ещё раз улыбнулся невольно и пошёл в противоположную сторону, к зданию гимназии — трёхэтажному и скучно-помпезному.

В классе всё было, как обычно. Солнечные пятна лежали на подоконнике, а с портрета, висящего на стене, благосклонно взирал император Юрий. Над доской был закреплён картонный мини-плакат с хрестоматийной фразой Столыпина: «Им нужны великие потрясения, нам нужна великая Россия».

Роберт Александрович по привычке заглянул в расписание, хотя помнил его и так. На первом уроке ему предстояло работать с юношами, у которых он был классным наставником. Собственно, они уже стягивались в аудиторию и занимали места за партами. Антон явился одним из первых и, едва поздоровавшись, поинтересовался:

— А вы проверили наши письменные работы?

— Антон, вы слишком нетерпеливы. Будьте сдержаннее, пожалуйста. Я оглашу результаты сразу, как только сочту это необходимым.

Дождавшись звонка, он обратился ко всему классу:

— Доброе утро. Мне сейчас, перед уроком, напомнили о городском торжестве. Поэтому хочу вас поздравить — вы живёте и взрослеете в маленьком, но по-своему замечательном городе. Он — лишь крошечная точка на карте, но из таких вот точек и складывается страна. А из местных, локальных хроник складывается большая история…

Сквозняк прошелестел вдоль доски, легонько хлопнула оконная створка.

— Порой, однако, история балансирует буквально на грани. И нельзя предсказать, по какому вектору она двинется в следующую секунду. Один из ярчайших тому примеров — драма, произошедшая сто девять лет назад, тоже в начале осени. Главным действующим лицом стал тогдашний премьер-министр Пётр Столыпин, автор изречения, которое вы видите перед собой каждый день.

Учитель указал на плакат и выдержал паузу, чтобы старшеклассники ещё раз перечитали написанное.

— На Столыпина было совершено покушение, стрелял анархист Богров. Первая пуля попала в руку, а вторая — в живот. Премьер-министр оказался между жизнью и смертью. Но, вопреки опасениям врачей, через трое суток его состояние начало улучшаться.