Преображение РадиМира

Шохову всю ночь снился суровый папаша Ники с нескончаемым вопросом: какие у вас намерения относительно моей дочери, молодой человек? При этом сам Валерка почему-то был привязан животом к стволу старинной пушки, а Семен Андреевич с зажженным фитилем стоял по другую сторону орудия.

Хохриной повезло, что все ее гости уже находились в прихожей. Брюнетка быстро нашлась с ответом на незаданные вопросы, объяснив предкам, что молодежь только что вернулась с дискотеки, парни проводили ее, теперь доставят к общежитию Лирову.

Вдобавок в комнатах была идеальная чистота. Девчонки так старались убрать любые следы Эдуарда, что в квартире безраздельно царил его величество Порядок. А как могло быть иначе - примерная дочь готовилась к приезду папы и мамы.

В дом Глеба друзья вернулись уже под утро и легли спать, даже не поужинав. Когда Валерий проснулся, часы показывали ровно двенадцать. Живот урчал громче отжима стиральной машины, а по комнате разносился божественный аромат кофе.

«Интересно, это Рад проснулся или Глеб вернулся?» - подумал толстяк и почти сразу услышал голос друга.

- Если предпочитаешь остывший кофе и холодную яичницу, можешь дрыхнуть и дальше, но я бы не советовал.

Шохова дважды приглашать не требовалось - голод всегда одерживал победу над ленью, а потому через полминуты Валерка сидел за столом на кухне.

- Давно поднялся? – спросил он Рварина.

- В шесть.

- С ума сошел?! Мы же только в четыре вернулись.

- И что? У меня режим, утренние тренировки никто не отменял.

После стычки с Эдуардом Рад решил удвоить усердие. Он считал, что уйти от негодяя удалось лишь благодаря каждодневным упражнениям.

Валерка зацепил вилкой большой кусок яичницы и с трудом запихнул в рот, при этом не прекращая болтать:

- Не пойму я тебя, Рад. Зачем тратить время на дурацкие занятия? Врагов мы теперь можем одолеть и без физической силы.

Рварин сидел лицом к кухонной двери и видел, как в комнате появился черно-белый зверек. Котенок двигался боком, не сводя взгляда с ничего не подозревавшего Валерия. Сообщать о начале охоты приятелю Радимир не стал - Пушок ему ведь тоже не чужой.

- Ты бы сначала прожевал, а потом говорил глупости. Если бы не тренировки, Эдуард меня в один прыжок нагнал бы и вырубил с пол удара.