Мы однажды взлетим

- Рад стараться! – с самым придурковатым видом отчеканил Вася, и Николь наконец искренне рассмеялась. Умел этот кошак разрядить обстановку. И хорошо – домой она вошла, может, и не в самом лучезарном настроении, но хотя бы уже не кипела от злости. А значит, не пришлось ничего объяснять Дани. И не только ему.

Николь сначала удивилась, услышав с кухни голоса – вроде бы обычно в такое время брат давно спит. Но вспомнила, что несколько дней назад приехала Хелен. И действительно, они с Дани сидели и пили чай. На шее Хелен висел кулон в виде неизвестной птицы.

И снова ее силуэт на долю секунды полыхнул алым. Хелен перехватила взгляд Николь и чуть улыбнулась.

- Теперь понятно, - тихо произнесла она по-английски. Николь мысленно взялась за голову – надо же было ее брату найти девушку из видящих тени! Мелькнуло запоздалое сожаление – может, стоило сразу все рассказать, но теперь, почти через двадцать лет, какой смысл? Ну и что, спрашивается, делать? Дани обернулся от холодильника, выжидающе подняв бровь.

Хелен взглянула Николь в глаза, слегка кивнула с той же тенью улыбки и произнесла, обращаясь к Дани:

- У вас особая связь. Только так я могу объяснить, как твоя сестра выбрала эту птицу, никогда не видев меня.

Она подошла к Николь и протянула руку:

- Хелен. В Европе меня зовут так.

- Николь. Всегда и везде, - Николь улыбнулась, скрывая вздох облегчения, а Хелен едва заметно подмигнула ей. Мол, чужих секретов не выдаю.

Но когда Дани скрылся в ванной, Хелен тронула Николь за руку – едва ощутимо.

В ней все было легким и неуловимым – походка, тихий голос, улыбка. Даже это прикосновение – словно просто дуновением ветра колыхнуло одежду.

- Зачем скрывать свою суть? – спросила она. – Ведь это уже не под запретом… Россия открылась еще раньше, чем Китай. Хотя и у нас в отдаленных провинциях все про всех знали.

Николь долго смотрела в серьезные темные глаза. А ведь Хелен, кажется, старше Дани. Хотя по этому лицу невозможно было понять возраст. И так же невозможно было понять ее сущность – лишь едва уловимые алые сполохи в тенях.

- Я ничего не скажу Дэну, если так надо, - продолжала Хелен. – Может быть, я невежливо себя веду, но мне просто немного странно. Такой древний дар… такой редкий…

- И такой опасный, - в тон ей продолжила Николь. – За эту силу слишком дорогая цена, и я не хочу, чтобы брат об этом знал. Он человек. Пусть живет спокойно.

- Человек… - то ли переспросила, то ли просто повторила Хелен.