Похищенная

Оказалось занято. Подождав минуту, повторил вызов, но результат оказался ровно таким же. Или кто-то висит на линии, или просто неудачно попал. Как бы то ни было, третья попытка, спустя еще пару минут так же закончилась ничем.

Ну и черт с ним! Ничего предосудительного в том, чтобы самому навестить указанный в бланке адрес, по которому Джулию якобы вызвал комиссар Наварр, я не видел. Посмотрю хотя бы издали, где все произошло. Может, придут в голову хоть какие-то мысли. Ну и позвоню в агентство откуда-нибудь на месте.

Но сначала дойду до полицейского участка за углом и попробую разыскать констебля, который принимал послание и отправил курьера. Не сомневаюсь, что убедительная просьба поведать мне все, что ему известно насчет этой телеграммы, подкрепленная сотней франков, способна развязать ему язык.

Участок действительно располагался всего в паре кварталов от общественного телеграфа. На удивление вежливый молодой дежурный в чине детектива-констебля, выслушал краткое изложение моей просьбы, сверился со временем на бланке, но на вопрос ответить не смог.

- Увы, мсье, - развел руками он. - Мы сменяемся каждое утро в шесть часов. Я принимал смену уже у другого констебля. Журнал расписания нарядов находится у начальника участка в кабинете. Доступа к нему, сами понимаете, у рядовых чинов нет. Возможно, предыдущий дежурный мог бы подсказать, кого он сменял, но он уже ушел домой, а его адреса я не знаю. Боюсь, как раз сейчас ничем помочь вам мы не можем. Приходите завтра, сегодня выходной и кроме дежурной смены никого в участке не будет.

- Я не остался бы в долгу, мсье, - пришлось намекнуть мне. - Пропала моя супруга, сами понимаете...

- При всем моем сочувствии, - покачал головой тот. - Ничего не могу сделать.

Однако какое-то действие мое предложение все же возымело: один из четверых резавшихся в карты на лавке за его спиной констеблей со словами "я - пас" сбросил свой приход и, сообщив напарникам "пойду, покурю", вышел на улицу. Расценив это как приглашение на разговор подальше от ушей коллег, я быстро попрощался и последовал за ним.

Не ошибся. Как только я покинул участок и вышел на улицу, смоливший вонючую самокрутку на углу здания флик махнул рукой, привлекая мое внимание.

- Пятьдесят франков за имя и столько же адрес, - объявил он, как только я подошел ближе. - Но, при условии, что вы покажете свой паспорт. Будет неприятно, если с моим сослуживцем что-то произойдет.

- Годится, - кивнул я, протягивая удостоверение личности и запрошенную сумму.