Похищенная

Представьте себе, мгновенная связь не только Новым Вавилоном, но и со всеми крупными городами империи!

Действительно, примерно год назад об амбициозном проекте писали все газеты. Правда скептики в один голос утверждали, что затея связывать телефонной линией две провинции столь же глупа, сколь и неприбыльна. Эксперимент по прокладке тридцати двух километров линии связи по морскому дну все как один газетчики называли сущим безумием и напрасной тратой миллионов франков. Как будто телефонные магнаты взяли эти деньги не из собственных фондов, а непосредственно из карманов журналистской братии.

Что одного, что второго чихвостили на все лады, утверждая, что ученые предприниматели одновременно тронулись умом, и вся эпопея просто обречена потерпеть фиаско. Полагаю, что и сам запуск работающей линии связи, таблоиды, опасаясь окончательно потерять авторитет у читателя, замолчали сознательно. Вот по какой причине широкая публика понятия не имела об этом достижении.

- Непременно хочу участвовать в разговоре, если позволите, - заявил я.

- Хоть всю ночь глаз не сомкну.

- Это вовсе не обязательно, - запротестовал детектив. - Могу предложить вам в качестве места для сна диван в нашей скромной кают-компании, так мы называем помещение для неформальных бесед, что-то типа внутреннего клуба. Разбудим вас, как только поступит звонок.

- Это было бы очень кстати, - я благодарно кивнул, уже не в силах скрыть вырвавшийся зевок. Все-таки круговорот сегодняшних злоключений меня изрядно измотал.

Как бы то ни было, если к утру я буду падать от усталости, ничем хорошим это не обернется.

- Вот и отлично! - довольны тоном произнес Андре. - Пока мы с вами закончили. Можете отдохнуть. А я немедленно же займусь поисками выхода на синьора мафиози. Вероятность того, что он даст нам уверенную зацепку, очень высока.

- Вы не собираетесь отдыхать? - удивился я.

- Видите ли, Роберт, - усмехнулся он. - Я предпочитаю работать по ночам по двум причинам: во-первых, ночные обитатели Парижа зачастую знают чуть больше, чем те, кто видит сны в это время, а во-вторых, в темноте я менее заметен.

Согласитесь, для ищейки это немало.

Он заливисто засмеялся удачной шутке. Я как мог, поддержал его незатейливый юмор, но, по-моему, вышло не очень убедительно. Глаза откровенно слипались, а выжатый устроенным агентом Пинкертона допросом мозг просто уже отказывался воспринимать любую информацию.