Похищенная

Когда я смог открыть глаза, пленниц уже увели, а мавры принялись стаскивать тела убитых в одну большую кучу посреди склада.

- Сначала обряд, потом прикончим остальных, - командовал Вуд. - Из сиятельных может восстать такое, потом самим тошно будет. А этот почему еще жив?

Как я понял, последний вопрос касался Андре. Подручные Ноа схватили его, но почему-то не стали убивать. В ответ на вопрос один из мавров что-то гортанно пролаял Вуду на совершенно незнакомом мне языке, но тот, как ни странно, похоже его прекрасно понял.

- Не думаю, что хозяйка посчитает так же, - покачал головой бывший контрабандист. - Впрочем, раз тебе так надо, можешь забрать его с собой, мне наплевать. Но если твой "заблудший брат" доставит нам неприятности, это будут только твои проблемы. Ты меня понял?

Чернокожий бандит радостно закивал и утащил Андре вслед за пленницами. Оставшиеся полтора десятка громил, не считая тех кто держал нас троих, образовали вокруг кучи из тел подобие круга, а затем взялись за руки и затянули монотонную и заунывную песню.

Судя по всему, это было какое-то заклинание из запретных знаний. Некромантия, вудуизм, демонология, чернокнижие или им подобное. За такое в Империи только одно наказание - смерть. Теперь понятно, почему Ноа Вуд так отчаянно заметает следы: если его поймают в компании этих ребят, он считай априори покойник.

Спустя какое-то время тела бандитов вспыхнули призрачным зеленым пламенем, которое совсем не обжигало черных во всех смыслах заклинателей, а казалось наоборот, доставляло им удовольствие и придавало новых сил.

Пение стало громче, непонятные слова слились в один сплошной гомон, а сами колдуны принялись раскачиваться в такт несложной мелодии, ускоряясь с каждой секундой.

Наконец, зеленый огонь выплеснулся из круга, жадно лизнул потолок склада, прогулявшись по балкам и стропилам, выбил вверх несколько тяжелых черепиц, а затем беззвучно исчез. Словно растворился в воздухе так же внезапно, как и появился.

На этом обряд, о котором говорил Вуд, по всей видимости и завершился.

Некроманты отпустили руки друг друга и молча вышли за ворота.

Скучавший все это время Ноа проводил их взглядом и подошел к нам.

- Не сочтите меня маньяком, господа, - усмехнулся он, - но вы все стали свидетелями такого, о чем болтать категорически не рекомендуются. К тому же, к некоторым из вас у меня есть вполне обоснованные претензии. А кое с кем и давние счеты. Как это ни прискорбно, но мне придется вас убить.