Темная энергия: тихий ужас городских кварталов

Тогда же и подумал, а пусть идет, если хочет. Бутерброды свои он уже доел, дать собаке было нечего, поэтому решил, что дома покормит. К тому же, дома кроме старой крысы никого, хоть волком вой, а с собачкой будет веселей.

Так собачка оказалась у них дома. Старая крыса поначалу воспротивилась, запричитала, мол, «на кой черт!», да «грязь в дом!», да «кто за ней ходить будет!», но, к удивлению Велеслава, вскоре перестала. Видимо, и ей погода в доме не нравилась, требовался громоотвод, и собачка в качестве него вполне подходила.

Поэтому, продолжая тихо урчать, подхватила она грязную животину под тушку и потащила в ванную, мыть.

И вот тут случилось странное. Когда собачку намылили шампунем, а потом под душем основательно промыли, оказалось, что вместе с пеной с нее сошли все белые пятна, и осталась собачка абсолютно черной. Крыса удивилась и бросилась перемывать собаку снова, но другой раз уже ничего не изменилось, осталась собака черной, как кусок антрацита. Да, шерсть ее так же масляно блестела, даже когда ее вытерли.

– Так тоже неплохо, – согласился Степаныч с предложенным вариантом, и тут же нарек питомицу Елсой. Собачка посмотрела на него благодарно, даже прослезилось, будто этого имени ей давно хотелось.

С тех пор старая крыса ходила с Елсой гулять. Ворчала, не без этого, но ходила. Степанычу порой казалось, что и любила она ее, может, не отдавая себе в том отчет. Вообще, эти две сучки вполне поладили между собой. Елса оказалась дамой с характером, но, как и показалась сразу, умной, никогда черту не переступала, оставляла хозяйке пространство для маневра.

А когда со старой крысой случался приступ неприятия мира как такового, она и вовсе держалась от нее подальше, зорко глядя своими бусинками, когда же ту попустит.

Так и жили. Конечно, Елса была фактором стабилизирующим, но имелся и встречный, так сказать, поток. Фактор значительно серьезней и длительней, и чтобы его объять, следует применить более глубокую ретроспективу. То есть, вернуться к временам, когда все были молоды и строили на жизнь невероятные планы.

Ибо, как говорила мама, все, что теперь заканчивается, в свое время началось.

Теперь это нелегко представить, но когда-то старая крыса не была старой, и даже не была крысой. А была она высокой девицей с густыми волосами, которые заплетала в косу. Улыбка ее была лучезарной, и в ней присутствовали все тридцать два зуба, а не только шесть передних. Также имелись у девицы в наличии все остальные, присущие возрасту, стати и полу прелести.