Святки в Черноречье

Зря мы, конечно, Лерочку именно сюда отпустили, если бы в новостройке квартиру ей купили, всё было бы по-другому. И вообще, эти халупы давно пора сносить – при совке ничего не понимали в том, какие квартиры нужны нормальным людям.

– Знаете, как называются эти розы? – вдруг спросила благоустроительница палисадника. Её собеседница только подняла нарисованные брови. – Птичий коготь. Я сама вывела. Видите, какие у них шипы? Изогнутые, как когти. Вот, возьмите. Подходите, не стесняйтесь. Эти цветы долго стоят.

Хозяйка внучкиной жилплощади нехотя приблизилась к селекционерке и остолбенела – кусты оплетали корнями кости, с которых ошмётками облезала полусгнившая плоть, а палка-опора уходила острым концом прямо в чёрный провал глаза.

– А что это там… белое… – просипела нарядная мадам, указывая на роившихся в месиве под костями светлых жирных червей.

– Это личинки, – охотно отозвалась садоводша. – А вы знали, что они съедобные? Что это с вами?

– Да так, не знаю, показалось. – Действительно, под розовым кустом, привязанным к палке, снова была просто жирная земля.

– Я вас провожу.

Поддерживая обмякшую визитёршу под локоть, бабуля помогла ей подняться по подъезду в бывшую квартиру Лерочки.

Громко хлопнула дверь. Бабка исчезла, и только на полу невесть откуда взялась бутылка из-под шампанского, из горлышка которой торчал тёмный стебель с большим цветком. Лепестки, будто живые, то раскрывались, то смыкались в бутон. С острых изогнутых шипов, сверкающих, как металл, стекали и капали на пол густые багровые струи.

Пустяковая проблема

Длинная стрелка настенных часов, украшенных аляповатой мишурой, подбиралась к цифре 12. До ровного положения оставалась пара делений, и операционистка, напряжённо следившая за временем, бросила листы на стол. Вообще-то она куда больше интересовалась временем, чем принесёнными бумагами – просматривала каждый документ по три раза, перекладывала, тасовала, недовольно вздыхала, и так по кругу.

– Не знаю, мы ничего не можем сделать. Приходите в следующем году.

– Я здесь уже два часа сижу, – глядя в сторону, пробормотала сутулая бледная женщина в потёртой куртке.

– И что? – театрально вздохнула менеджер. – У нас рабочий день кончается через час, а потом каникулы. В январе приходите. Только сначала запишитесь.

– Но проблема-то пустяковая, – вяло попыталась настоять женщина. – Всего-то две цифры исправить. А в январе мне новый комплект справок придётся собирать, ведь это будет уже другой год.