Перетворцы

Раздался лязг, что-то тяжело ударило о диван, накрывший Батенко, потом послышался звук, похожий на стук капель дождя.

Всё накренилось, диван опрокинулся и уехал, пол наклонялся, Евгения Ивановна уже покатилась было во мглу, открывшуюся на том месте, где обрывались остатки стены, но её что-то удержало.

Воротник впился в горло, от боли потемнело в глазах. Давление отпустило шею, зато сжало подмышки.

– Да чтоб тебя, валить же надо, – прохрипел сдавленный голос над ухом.

Кое-как извернувшись, почти без возможности дышать, Евгения Ивановна ухватилась за что-то, её тянули за одежду, всё накренялось и трескалось.

Кое-как уцепившись за порог, Батенко перелезла через него, потеряла опору и пролетела метра два по наклонной. Упала на что-то мягкое и вскрикнувшее. Силы убывали, конечности отказывались слушаться. Кто-то тащил Евгению Ивановну волоком по холодной неровной земле.

Наконец движение остановилось, Батенко затылком ударилась обо что-то гладкое и твёрдое и с трудом перевернулась.

Темнота то наваливала, то пропадала. Евгению Ивановну вырвало, кто-то брезгливо произнёс нецензурное слово.

На месте, где полчаса назад стоял дом, теперь торчали только остатки стен.

Глава 7. Добро пожаловать и всё такое

Поздним вечером вымотанная Кира ввалилась домой. Скинув ботинки в прихожей, протопала в кухню, проигнорировала жизнерадостный «привет» от старшей сестры, выхватила у неё из рук банку и выхлебала залпом.

Прохладная кремообразная масса, обволакивая горло, спустилась в желудок, прекратила судороги и наконец успокоила нервы.

– Тёть Маш, а сливки ещё есть? – спросила Аня, поворачивая в руке пустую банку, по стенкам которой стекали белёсые остатки жирных сливок.

– Завтра утром схожу. А ты где была, красавица? – Тётя Маша обошла Киру кругом, оглядывая её грязную одежду.

– Где была, там уже нет, – буркнула Кира и поплелась в свою комнату.

– Хоть бы поздоровалась, – донёсся из-за спины Анин голос.

– А, привет, – бросила через плечо Кира. – С приездом, добро пожаловать и всё такое.

– Может, молоко есть? – спросил Анин голос.

– Да, в холодильнике было, – ответила тётя Маша.

Кира упёрлась руками в стол и с минуту просто стояла, пялясь в пространство. Потом достала из кармана небольшой яшмовый подсвечник в виде шарообразной вазочки. Грязные пальцы так и оставались сцепленными на нём.

Эта штуковина сработала как спасательный круг.