Перетворцы

– Тебе что, совсем её не жалко? – Лицо Любы выражало крайнее удивление.

Кира в ответ только пожала плечами.

– Как? – огорошенно спросила Люба.

– Она меня достала своими вечеринками. Что хоть случилось-то?

– Кабель оборвался, попал в машину, и сразу в Доминику, – быстро проговорила Люба, отведя глаза. – А что это?

Люба подошла к столу, на котором рядом лежали забытый впопыхах кулон и непонятно как оказавшиеся здесь серьги.

– Это… так. – Кира сгребла украшения и сунула их в карман.

От немигающего взгляда зеленоватых глаз Любы стало не по себе, по спине побежали горячие мурашки.

– Ты что наделала? – прошипела Люба.

– В смысле? – попыталась сыграть наивность Кира.

– Так нельзя, понимаешь ты это? Не тебе её судить! Какое ты имела право?

Люба напирала, не давая опомниться. В общем-то, Кире эта заботливая соседка нравилась, но теперь хотелось скрыться. Своими претензиями она задевала чувствительные места, которые Кира не собиралась никому демонстрировать.

– Ничего я не знаю! – Выкрик Киры отбросил Любу сразу на несколько шагов, как сильный толчок в грудь.

Глядя на Киру округлившимися глазами, Люба встала с кровати, куда плюхнулась как от взрывной волны, и бочком вышла из комнаты, потянув за руку Софию. Быстро попрощавшись с тётей Машей, сёстры аккуратно закрыли за собой дверь.

Тётя Маша, косо поглядывая на внучатую племянницу и совершенно забыв про свою ипохондрию, быстренько соорудила омлет.

– Молоко и масло свежайшие, сметанка вот – ложка стоит, надо же. Хороший фермер, не обманывает. В следующий раз обещал сливок привезти, они тоже густые, вкусные, настоящие-то.

Кира слушала тётку вполуха и поглощала завтрак, не чувствуя вкуса. Перед глазами поблёскивали жемчужины в серьгах и зелёный камень в кулоне. Рука так и тянулась к карману.

Звонок в дверь рассеял видение. На пороге стояла та самая красивая женщина, что беседовала с Аскольдом.

– Евгения Ивановна Батенко, следователь. – Она показала удостоверение.

– Входите, входите, – с энтузиазмом пригласила тётя Маша. – Будете кофе? У нас свежесваренный, мы растворимый не покупаем.

– Нет, благодарю. – Батенко прошла в комнату и села на предложенный тёткой стул. – Вы видели, что случилось у соседнего подъезда?

– Ох нет, – запричитала тётя Маша, усаживаясь в кресло. – Я чистила плиту на кухне.