Перетворцы

Ей навстречу вышел невысокий мужчина с рыжеватой бородой. Из-под куртки выглядывала чёрная ряса. Проводив Доминику удивлённым взглядом, он подошёл к ступенькам, где в сумке швырялась Кира. Пожалев, что не успела намотать шарф, она специально опустила голову пониже и надеялась, что священник просто пройдёт мимо. Но он остановился у ступенек, внимательно посмотрел на заляпанную землёй лопату и обратился к Кире:

– Вы ко мне?

Кира подняла голову и, отбросив со лба седую прядь, посмотрела священнику прямо в глаза.

Увидев её лицо, тот крякнул.

– Меч, – вдруг произнесла Кира. Перед глазами промелькнула Доминика и тот бесплотный, в ореоле. Только теперь Кира осознала, что он сжимал меч и уже готов был нанести удар.

– Какой меч? – ошарашено переспросил священник.

– Меч? Нет, свечку, – быстро сказала Кира, поднимаясь на ноги и отряхивая руки о джинсы. – Мне свечку поставить.

– Всем только свечку поставить, – пробормотал батюшка, открывая для Киры дверь и пропуская её вперёд.

Эпилог

Батенко захлопнула папку и положила её на стопу, скопившуюся на столе.

Откинувшись на спинку стула, потёрла глаза. Слава всё не звонил, хотя близился полдень. Сама Батенко обычно успевала забрать Светку около одиннадцати, как только в монастыре заканчивалась служба.

Евгения Ивановна обычно объясняла спешный отъезд тем, что Светке надо в школу, плюс успеть сделать домашнее задание, помыться и ещё что-нибудь. На самом деле её стало пугать желание дочки проводить каждые выходные в бывшем колхозном общежитии, то есть в так называемой «гостинице для паломников» с железными скрипучими койками в два ряда.

Хотя поначалу улучшения в состоянии Светки только радовали. Глубокие шрамы, оставленные осколками зеркала, не заживали две недели, но затянулись после первой же ночи в монастыре. Восстановилась речь, прошла бессонница. Врач даже отменил антидепрессанты.

Только из-за общей суеты Батенко смогла тогда забрать Светку домой, а её ведь хотели вместе с остальными отправить в психушку. Один вылетел из окна и жаловался, что врачи «скорой» отрезали его крылья.

Чуть позже, когда суматоха потихоньку сходила на нет, Батенко выяснила, что тот парень тоже значился в писке клиентов Артели. Даже пару семинаров у них прошёл. Этакий недоделанный перетворец.

И не он один. Та, что покончила с собой, отписав имущество прямой конкурентке, тоже имела связи с Артелью. Как раз устранение конкурентки и «творила». Её признали невменяемой, чтобы опротестовать завещание.