Братья крови

— Ваш спутник сказал, что вам нехорошо, — девушка взмахнула длинными ресницами, слегка напомнив мою Агнешку, умершую почти четыре века тому назад. — Чем я могу помочь?

— Просто я очень голоден, Жанна, — промурлыкал я, встречаясь взглядом с ее глазами.

Очень немногие люди способны противиться воле вампира. Особенно на таком близком расстоянии. А уж тем более нельзя ожидать твердого характера от хорошенькой блондинки. Не пытаясь оказать сопротивление, она шагнула вперед. Неуверенно пролепетала:

— О чем это вы?

Я оскалился.

Верхние клыки уже выдвинулись вперед. Желудок скрутил сильнейший спазм.

Тут самое главное не сорваться. Кровь для вампира, как героин для наркомана. Начав пить, очень трудно остановиться. Но надо. Мы давно пришли к соглашению, что убивать людей следует лишь в крайних случаях. Когда обойтись без этого нельзя. Убийство смертного дает нам силу. Восстанавливаясь после тяжелых ран, кровный брат вынужден убивать людей. Желающий быстро возвыситься тоже будет доводить простую кормежку до смерти.

Но если об этом узнает местный князь — неприятностей не избежать. Правители, что наши, что людские, — народ подозрительный до маниакальности. А ну как заподозрят в попытке узурпировать власть?

Другое дело — сами князья и их верные приближенные. Они получают что-то вроде «лицензии» на охоту с убийством. Само собой, в старину было совсем не так. Убивать часто приходилось в порядке самозащиты. И охотников, и колдунов, и во время клановых междоусобиц, когда одни вампиры привлекали отряды людей-наемников в борьбе с другими кровными братьями.

Потому-то старые вампиры сильнее молодежи. Именно поэтому князья из молодых — родившиеся в восемнадцатом веке и позже — не любят нас, стариков. Завидуют и побаиваются.

Стюардесса вздрогнула, ощутив прикосновение моих клыков. В первый миг люди всегда испытывают боль. Зато потом наступает эйфория. Многие, как ни странно это звучит, жаждут повторения. Умершим от укуса везет — смерть наступает от удовольствия.

Преодолев легкое сопротивление девичьей кожи, мои клыки вскрыли артерию.

Горячая и сладкая кровь хлынула мне в горло. Жанна обмякла. Пришлось поддержать ее за плечи. Сторонний наблюдатель увидел бы в нас всего-навсего целующуюся парочку.

С огромным трудом я оторвался от нее. Слизнул с губы капельку крови. Достаточно. В самый раз. Мне хватит для поддержания сил на пару недель, если, конечно, такие приключения, как на Ильинке, не будут находить меня каждую ночь. И девушка восстановится достаточно легко.