Голос

Вновь увидел движение краем глаза, различил нечто похожее на колоссальную гусеницу. Та задергалась, свиваясь в кольцо, и исчезла, а мальчик заспешил прочь, в обход большущей ямы, в ту сторону, куда звал Голос.

Еще несколько раз шипение тревожило его слух, и нечто огромное, невидимое, но тяжелое и холодное норовило подмять под себя. Но за пределами воронки эти существа, похоже, особой силы не имели, и поэтому лишь пугали да пытались заманить в свое логово.

Когда исполинская «рана» осталась позади, Егор обернулся, чтобы посмотреть на нее в последний раз.

Показалось, что видит смотрящий в небо огромный глаз, полный ненависти и боли. Тот моргнул, и ресницы, те самые гусеницы или червяки, задергались, разбрызгивая с волосков на боках прозрачную жидкость.

А через миг видение сгинуло, осталось лишь отверстие в земле.

Минут через пятнадцать Егор оглянулся снова, и понял, что воронки больше не видит.

Вытер со лба пот, стало легче, точно вышел из больничной палаты, где душно, пахнет лекарствами и болью.

Только в этот момент Егор сообразил, что прошагал по неведомым местам едва ли не целый день, но есть так и не захотел, и даже про флягу с водой ни разу не вспомнил. Глянул на начавшее опускаться к горизонту солнце, затем вытащил из кармана мобилу, чтобы посмотреть, сколько на самом деле времени.

И вытаращил глаза.

Если верить электронным мозгам смартфона, то до полуночи седьмого августа позапрошлого года оставалось пять минут.

- Вот это да, - сказал Егор.

Незаменимый в обычной жизни предмет взял да и сошел с ума.

Интересно, как там поживает в рюкзаке планшет?

Но это он проверит немного позже, когда отыщет подходящее для привала место. Попьет и поест, обустроит место для ночлега, вытянет ноги, что уже начали понемногу гудеть от усталости.

Перебравшись через гребень очередного холма, Егор обнаружил себя в лесу, посреди колоссальных деревьев, рядом с которыми столетние ели и сосны показались бы карликами.

Коричневые стволы уходили в вышину, на ветках толщиной в человеческий торс покачивались облака листвы. Имелся тут и подлесок из напоминавших сирень и смородину кустов, и трава, настолько мягкая и шелковистая, ярко-зеленая, что на нее тут же захотелось упасть и никуда больше не ходить.

А через сотню метров Егор наткнулся на небольшое озерцо, и решил, что на сегодня хватит.