Душа снаружи

Встречаю там необычных, порой пугающих личностей. Не так давно я побывал в прошлом. И даже говорил с мертвецом. Он вселялся в меня. И он был очень даже славным.

Я до сих пор не знаю, происходило ли все это только в моей голове, или же на самом деле.

Я ненавижу свою семью. Но не могу забыть о ней, вычеркнуть из жизни. Я боюсь, что фамильное безумие вскоре настигнет и меня. И я…

По-прежнему, надеюсь, что что-то изменится. Не знаю как. Даже в самых смелых фантазиях, я не представляю, что эти люди примут меня. Даже не примут, а признают, что ли мое право на существование.

Я надеюсь найти семью другую. Не в классическом понимании этого слова. Просто людей, с которыми мне бы хотелось остаться.

И может быть, когда-нибудь, рассказать им о том, кто я есть.

Я очень устал убегать.

Устал влипать в истории.

Я хочу остановиться.

Очень хочу.

Переворачиваюсь набок. Стараюсь как можно отчетливей запомнить этот момент. Каждую деталь. Жесткий матрас подо мной. Холодная подушка под щекой.

Я здесь, в этом моменте. Я живой. Я дышу. Все происходит на самом деле. Я могу повернуться, лечь удобнее. Могу контролировать себя. Могу контролировать свою жизнь. Могу управлять своими эмоциями. Могу подчинить себе все обстоятельства, могу более не позволять быть им сильнее меня. А если и случится что, то вновь выкарабкаюсь. Как всегда.

С этим самовнушением я наконец заснул. Еще не тем крепким сном, в котором нуждался, но, по крайней мере, без кошмаров, без проваливания в места, населенные опасными тварями. Правда, ехидный внутренний голос все же прошептал на ухо перед тем, как закрылись глаза:

– Управлять эмоциями? Да ну?

Часть 2, Глава 3 «Новый город, славная компания»

Ранним утром я прибыл в Тьярегорд. Он заметно отличался от остальных городов, где мне пришлось побывать. А я ведь я какое-то время жил в самой столице, и, казалось, удивить меня уже сложно.

Нет, я привык к толпам, гуляющим до утра, к распахнутым дверям многочисленных клубов, к пьяными выкрикам, несмолкающей музыке… К ощущению вечного праздника.

Но если столица брала размахом и масштабностью, то здесь все было совершенно иначе. К тому же в столичном вечном празднике была некая теневая сторона. Присмотрись получше, и увидишь, что это не улыбки, а оскалы. Это не сияющие глаза, а пустота, взирающая на тебя.