Душа снаружи

Хотя Братишка уже начал поглядывать на меня с недоумением и некоторой обидой. Но я смеялся вовсе не над его бедой. А над тем, как все, оказывается, легко разрешить. Я успел вообразить себе целую драму с приютом, наркотиками, убийствами и еще черт знает чем, а на деле все оказалось так просто.

– Извини, – я поднялся со скамейки. – Пошли, разберемся.

– Ты… Ты поможешь им?

– А зачем тогда ты все это мне рассказал?

Одергиваю сам себя. А то уж больно звучу покровительски-снисходительно. Все же он не совсем мелюзга, да и я – не умудренный сединами дед.

Но все же, когда мы шли к полицейскому участку, я не мог удержаться от краткой лекции. Наверное, в каждом из нас заложено желание кого-нибудь обучить. Передать мудрость, так скажем. Пусть и мудрость такая себе: «как выбраться от копов, когда тебя или твоих друзей замели за распитие алкоголя».

– Нужно до последнего доказывать, что бутылка была закрыта. Но иногда это, конечно, бесполезно… Надо давить на жалость, типа первый раз такое, а так-то мы никогда… Праздник, день рождения, диплом, свадьба, похороны, такой особенный день, вы сами понимаете!

Братишка, уже чуть повеселевший, добавил:

– Просто мы еще сидели в Нижнем парке.

А туда нельзя, он после зимы на просушку закрыт.

Я отмахнулся:

– Неважно. Если не выйдет уболтать их, надо будет просто заплатить.

Братишка опять запаниковал. Да нет же, чувак, я понимаю, что денег у тебя с собой нет. Но у меня есть остатки моего гонорара из «Судака».

Да и сумма не должен быть совсем уж убийственной.

– Отдам натурой, подумаешь!

Говорю же, язык мой − враг мой. Но Братишка, после пары секунд оцепенения, все же засмеялся.

В полиции я изображал полную дуру. Именно дуру, не дурака. К счастью, голос уже перестал хрипеть, диссонанса не возникло. Поэтому я расточал улыбки, вдохновенно нес какую-то чушь, горестно вздыхал о нелегкой студенческой жизни, крошечных стипендиях и ужасно сложных экзаменах. Втирал о том, как хочется порой расслабиться, хотя бы в праздник.

И конечно, такие славные добрые работники закона все понимают…

Братишка, кусал губы, старательно сдерживая смех. Похоже, он понял, что я все же парень. Но это его нисколько не парило.

Славные добрые работники закона ехидно поинтересовались, какого черта бедным студентам приспичило пить именно в закрытом парке.

К счастью, Братишка успел рассказать мне что подруга его сестры – художница.