Гай

Рот пересох и наполнился горечью, горло горело, и желание добраться до воды становилось всё сильней. После недолгой борьбы с отдельными сучьями я, наконец, разглядел и отбросил ствол, и оказалось, что почти все ветки торчали именно из него.

Лишь сделав несколько шагов вниз, по направлению к говорливым струям, я сообразил, что шаг мой лёгок и свободен. Удивился, но не стал обдумывать эту странность. Потом. Одним прыжком преодолел оставшееся расстояние и, упав на колени, наклонился, но не рискнул погрузить в воду лицо, а сторожко озираясь, стал зачёрпывать рукой.

Всё вокруг было нереальным, не таким, как всегда. Сначала я не мог понять, чем вызвано это ощущение, но постепенно все странности стали очевидны. Я не только легко передвигался, но и чувствовал, как тело бурлит силой – как в юности. Правда, по-прежнему видел лишь одним глазом, но, несмотря на темноту, всё различал ясно, как днём. И запахи – сильные, тревожащие...

Удивительно, но после нескольких глотков жажда не ослабела, а стала почти нестерпимой, хотя воды больше не хотелось.

Внезапно я понял, в чём дело. Это же сон! Правда, мне не приходилось видеть сновидений настолько ярких, ярче, чем обычная жизнь. Был ли стрикс реальным или тоже лишь привиделся мне?

Казалось, кто-то глядит на меня из-за сплетения ветвей, но теперь, когда я уверился в иллюзорности окружающего, это не тревожило. Как приятно почувствовать себя здоровым, крепким и ловким! Я несколькими мощными скачками, совершенно невероятными для человека, преодолел полтора десятка метров и обошел толстый ствол сосны.

Он стоял там, прислонившись спиной к шершавому стволу и скрестив руки на груди – даже и не думал скрываться – и встретил меня довольной улыбкой. Я приготовился к стычке, но при взгляде на стрикса почувствовал неясное смущение. Это существо было неприятно мне, и в то же время я понимал, что готов с радостью выполнить любое его приказание и следовать за ним куда угодно.

Он рассмеялся, очевидно, увидев смятение на моём лице:

– Ну, прекрасно. Не ожидал, что ты перенесёшь обращение, но рад, что так вышло.

– Так это не сон? – я совершенно растерялся. – Моя нога… она же не могла срастись за несколько часов?

– Какое! – он махнул рукой. – Ты изображал мертвеца полные шесть дней, хотя обычно обращение проходит дня за три-четыре от силы. Мне уже надоело: собирался ждать неделю и уйти на восьмую ночь. Но поднялся ты удачно: твою жажду утолить легко.