Герои и Злодеи. Ники 2

Его кровь слишком ценна, чтобы её носитель мог разгуливать чёрт знает где.

— Вот, к чему привела твоя беспечность, док, — припечатал Ленд не без мрачного злорадства. Он же предупреждал нас! — Тебе с самого начала стоило послушать Эволюция и вживить жутику ограничитель. Как мы теперь его найдём?

Уголок рта Юлиуса нервно дёрнулся.

— Ну я, вообще-то, тоже не дурак, если ты помнишь. Кое-чем могу удивить.

— Удивляй.

— Изотопы! Все мы знаем, что третья нить ДНК, нить генов "супериор", радиоактивна за счёт наличия в своих нуклеотидах изотопов астата, точнее — нуклидов астата, одного из самых редких элементов в природе.

— Ближе к сути.

— В ДНК отдельно взятого супериора нуклидов астата содержится совсем не много, условно говоря — единица. Теперь возьмём Париса. В его теле заключены ДНК восьми различных супериоров. Улавливаете, к чему веду?

— К тому, что в Парисе нуклидов астата больше в восемь раз, а с ними и уровень естественной радиации его организма.

На лице Юлиуса расплылась улыбка:

— Верно, Ники. Если провести примитивную аналогию со светимостью звёзд, то обычные люди в Стограде — белые карлики, супериоры — субгиганты, а Парис — яркий гигант. Ты прав, Ленд, ограничителя действительно нет, но есть такой вот "маячок слежения".

— Но чем его отследить-то? — Лендер скептически поднял бровь. — Технических средств обнаружения "биологических" изотопов астата, насколько мне известно, нет не только в НИИ Рэмируса, но даже в лабораториях Мозга.

В ответ Юлиус выразительно постучал пальчиком по своей груди.

— Мне ничего не мешает изобрести собственный радиометр.

— Ты предполагаешь, что сумеешь сделать его, док?

— Не предполагаю, а делаю чёткие выводы на основе анализа уже имеющихся данных с учётом новых обстоятельств. Единственная загвоздка во времени, на создание радиометра уйдут дни, так что начнём поиски по старинке — через информаторов.

Лендер сдёрнул с вешалки свою куртку, достал из тумбочки револьверы и проверил заряд.

— Ага.

— По-тихому, — тут же предупредил Юлиус. — Если Парис успеет натворить глупости, наши имена не должны всплыть ни в одном из разговоров. Мы найдём его, убедим вернуться и больше без жёсткого контроля не оставим.

— Но...