Клан

Договорить он не смог, потому что третий бросок был успешным. Из плеча парня торчал еще один кухонный тесак. Тихо зашипев, он не раздумывая выдернул его и кинул в дальний конец подъезда.

– Не смей мне указывать!..

– Заткнись и слушай, – продолжил фремайн. – Это Инна Малышева, живая, целая и невредимая. Почти. Но точно никакой не демон, смертоносец, скар или прочая гадость. Понятно?

Что-то увесистое больно ударило парня сзади, чуть не выведя его из равновесия. Обернувшись, он увидел разъяренную девушку с подаренным фолиантом в руках.

– Как ты говоришь с моей матерью?!

– Инна?.. – тихо прошептала женщина. – Господи… – она кинулась и прижала дочь к себе. – Как ты это сделал?

– Лучше тебе не знать…

Жгучая боль прорвалась в сознание Арлина, затуманив его. Безумный женский смех и голос, которого он не слышал уже пятнадцать лет…

– Вернулась!.. Наконец-то вернулась!..

***

– Я слушаю тебя, Зори.

– Почему вы не убили Арелайна, когда была возможность?

Фарг Нарос помолчал несколько секунд, а затем медленно проговорил:

– Дориан Эрарк.

– Простите, что?

– Он сказал мне, что его душа будет связана с последней дочерью Засскада на протяжении всей жизни и даже после смерти его, как Феникса.

– И вы ему поверили?.. – Зори был просто ошеломлен. – Да он что угодно может сболтнуть!.. Эрарки ведь всегда дружили с Фениксами. Я молчу, что старый предсказатель вообще был лучшим другом Энамайна.

– Старик никогда не врет с предсказаниями. Он может промолчать, но врать не станет.

– Мой лорд, вы действительно верите в этот…

– Знай свое место, щенок! – заорал Нарос. – Ты с кем говоришь?!.

Но юный фремайн уже почти не слышал гневных слов своего повелителя. В его голове что-то взорвалось и рассыпалось мириадами красных и зеленых искр под аккомпанемент безумного смеха, от которого кровь стыла в жилах.

– Наконец-то вернулась!.. – слышал он. – Вернулась!..

***

– Я прошу прощения, лорды, но здесь я ничем не могу вам помочь.

Азария растерянно смотрела то на Дориана, сидевшего в кресле за столом, то на Адмона, присевшего на край того же стола.

– Я не Арлин. Я никогда даже в лицо не видела Агнату, только слышала о ней от отца. Как ваши люди меня послушают?..

– Ты Феникс, Ази, – не спеша произнес старый фремайн. В его синих глазах вновь появилось что-то живое, что-то молодое. – Дочь Энамайна. Ты Огонь Бездны, его воплощение. Нам больше не на кого надеяться.