Клан

Немного повозившись у кухонной плиты, девушка сообразила небольшой завтрак на двоих. Либо запах готовящейся пищи достиг носа Феникса, либо просто по счастливой случайности, но зашел он как раз в тот момент, когда его ученица накладывала на тарелку свою порцию. Вид у парня был на удивление ужасным. Оказалось, подобная порция спиртного была достаточной для хорошего похмелья. И теперь перед колдуньей стояло нечто взлохмаченное, распухшее, стонущее и с красными глазами. Последнее особо ярко контрастировало с янтарным цветом радужки Арлина.

– Привет с большого бодуна, – поздоровалась Инна, ставя перед учителем завтрак.

– Ни слова, – полупрохрипел, полупростонал тот и не обронил больше ни единого звука.

Завтракали молча, так как девушка прекрасно и не понаслышке понимала, насколько сейчас тяжелое состояние фремайна. Спешно поев, она удалилась к себе и не высовывалась до самого обеда, время которого наступило достаточно быстро, и который прошел в одиночестве для Инны.

Выйдя во внутренний двор, она обнаружила там своего учителя в полном здравии.

Но не успели они начать тренировку, как озноб и тревога пронзили мозг ученицы.

– Арлин...

– Чую, – парень тоже был на стороже и пара колдунов, не сговариваясь, стали спина к спине, готовясь к появлению врага.

– Сильнее, – прошептала Инна. – Думаешь, тень?

– Хуже, – тихо ответил учитель. – Смертоносец.

Страх чуть не подкосил ноги девушки. От одного воспоминания об этих тварях, всего лишь приснившихся ей, она чуть ли не в обморок падала.

В дальнем углу внутреннего двора, в тени раскидистых деревьев вновь образовался видимый ранее клубок тени. Но теперь он не остановился на стадии сгустка, а продолжал расширяться и вскоре обрел вполне телесный вид.

– Здесь! – нечисть появилась как раз в пределах видимости Инны, поэтому она поспешила предупредить учителя.

Бóльшую часть чудища скрывал длинный, волочащийся по земле черный балахон. Голову накрывало подобие капюшона и яркий свет послеобеденного солнца не мог пробраться под него, скрывая лицо нежданного гостя или то, что от него осталось.

Странное чувство наполнило тело колдуньи. На миг ей показалось, что оно сродни знакомому запаху, но ощущалось не нюхом, а самой ее сутью.