Клан

С него станется!

Поглощенный своими размышлениями, Арлин не заметил, как вышел на большую поляну. Остановившись, он несказанно удивился, так как за все время, что он пробыл в лесу, он не видел просвета за кустарником и деревьями. Посреди поляны валялся огромный черный камень, плоский сверху. Подняв голову, парень увидел солнце прямо над головой. Значит, был уже полдень.

Наплевав на все, он попросту уселся в тени камня и решил пару минут отдохнуть. Незаметно для самого себя, он начал клевать носом. На этой поляне усыпляло все – аромат цветов, которые не растут нигде в лесу, ненавязчивое жужжание насекомых, журчание ручейка где-то неподалеку… В конце концов парень все же уснул.

Сон, что приснился ему тогда, был самым странным за все его существование. Он и еще шестеро в черных плащах стояли вокруг огромного круглого каменного стола, исчерченного печатями. На столе лежало тело. Человек это был или фремайн, парень не знал. Но он ощущал невероятный трепет и благоговение. Каждый из присутствующих что-то бормотал, какой-то заговор, похоже.

Вдруг, тот, кто лежал на столе, пошевелился и начал медленно подниматься на ноги. Когда он уже встал, все опустились на одно колено и склонились перед ним. Его белое одеяние настолько сияло, что Арлин никак не мог рассмотреть лица. Но он был уверен, что это кто-то невероятно могущественен.

– Проснись, – глубоким и звучным низким голосом проговорил он, повернувшись к парню. – Проснись.

Он поднял к верху руки и остальные поклонившиеся один за другим начали превращаться.

Фремайн успел разглядеть слева огромного орла с белым оперением, отдававшим голубым цветом. Повернувшись направо, он увидел еще одного большого зверя, то ли медведя, то ли волка. Когти на его лапах искрились. За ним извивался серый змей с длинными трехпалыми передними лапами. Присмотревшись, он понял, что его чешуя металлическая. Остальных он не успел разглядеть, потому что нечто на столе заговорило.

– Проснитесь все, – его голос эхом звучал в голове, будто навязывая свою волю.

– Придите ко мне.

Кто-то с противоположной стороны стола пошевелился и вновь обернулся во фремайна. Он встал с колена, развернулся и пошел во тьму, окружающую стол, но не подступающую ближе, чем на десять шагов.

– Не теряйтесь во тьме, – гудел голос.

Но вдруг, сон подернулся какой-то рябью. Все стало нечетким, будто изображение на волнующейся воде. Где-то вдалеке звучал высокий женский голос.

Проснулся фремайн от того, что услышал какую-то странную песню наяву.