Клан

Ворон допил остатки вина, оставил бутылку на столе и отправился вслед за стражником после фразы того: – Прошу за мной, милорд.

***

Утро. Яркий свет. Чей-то крик. «Господи... Неужели опять?..», проскочила шальная мысль в голове у Инны, но тут же она сообразила, что до ее дня рождения еще долго. Открыв один глаз, затем второй, она обнаружила в комнате своего учителя, стоящего у ее кровати.

– Проснись и пой! – нарочито громко произнес он.

– Заткнись и спи, – проворчала обычный для такой фразы ответ девушка и села в кровати, скрестив ноги и растирая ладонями глаза.

– Как головушка? – ехидно поинтересовался Арлин.

Ученица прислушалась к своему самочувствию, а затем, удостоверившись в том, что оно в норме, вытянула вперед сжатый кулак с поднятым вверх большим пальцем.

– Просто шикарно.

– Может, принести что ни будь от головной боли? – ехидство парня никуда не делось после этого утверждения.

– Да не-е, говорю же, все в порядке.

– Быть может, водички?

Девушка, зевая, сначала подняла вверх указательный палец, а потом снова повторила жест с большим.

– Вот как, – еще шире улыбнулся Арлин, но уже с нормальной интонацией продолжил. – Жду в столовой. Сегодня предстоит великий день. У нас важная встреча.

Через пятнадцать минут ученица уже заходила в помещение, игравшее роль как столовой, так и кухни, после безуспешных попыток привести себя в человеческий вид. Волосы ее были растрепаны и местами торчали в разные стороны, глаза были красными, а губы потрескались.

– Ваш завтрак, миледи, – фремайн указал на место за столом напротив себя и возле Азарии, где стояла тарелка с горячим супом. Большие куски мяса выглядывали поверх дымящейся жидкости.

Но Инна проигнорировала его церемонное приглашение, направившись сначала к буфету, где взяла чашку, а затем к крану, где наполнила ее водой, и осушила сосуд, повторив операцию еще раз. Только после этого она уселась на отведенное ей место и начала тихонько черпать ложкой супчик.

За всеми эти действиями наблюдала Ази. И только после того, как девушка приступила к трапезе, удивленно пробормотала:

– Что с тобой? Вид у тебя, будто толпа инквизиторов всю ночь над тобой издевалась...

– Терпимо, – проворчала колдунья-ученица, поднося ложку ко рту.

– Похмелье у нашей миледи, – ухмыльнулся учитель, на что его сестра с пониманием протянула:

– А-а-а, ну, это дело житейское... Хоть и не нужное.