Проблема сильного

Шурик находился в десантном отсеке корабля на воздушной подушке, вошедшего в устье Енисея, так что, было самое время вспомнить слова Михайлова. На инструктаже сказали, что флот Орды разбит. Оставшийся позади грохот главного калибра крейсеров не давал в этом усомниться. Но проблемы морпехов только начинались.

«В первой волне уцелеет лишь каждый пятый – это если все пойдет гладко. А в таких вещах ничего никогда не проходит без осложнений».

В голове Шурика звучал вальс. Раз-два-три, раз-два-три. Встать, пробежаться, залечь.

«Я иду по вагонам и вижу людей, каждый второй из которых не доживет до лета».

Если сравнить с товарищами, нельзя не заметить, что Шурик хотя бы сходил с ума тихо. Напротив него Мишка, крепко обхватив автомат, бубнил: «Агнус деи, мизере ме...». Незнакомый язык с шипящим польским акцентом действовал на нервы окружающим, а тощий юноша, еле соответствующий стандартам морпехов, выглядел не очень грозно.

– Заткнись уже, – сказал Ярик.

Видно, ему и без молитв не по себе. Пухлые щеки побледнели, голубые глаза странно блестели, а зажатая поза была очень нехарактерна для обычно жизнерадостного пошляка, и дело здесь явно не в тесноте помещения. Мишка зло зыркнул на него и, после короткой паузы, продолжил.

«Это не спасет ни от волн, ни от тяжелой артиллерии».

Ярик попытался встать, но Шурик положил ему руку на плечо, придерживая. Ответом стало раздраженное бурчание, но теперь на это обратил внимание сержант Тихонов, и никто не рискнул развивать тему. Орлиный нос и массивные скулы командующего их отделением ветерана были буквально созданы, чтобы пугать новичков. В ходе совместной службы Тихонов полностью отработал первое впечатление. Также удалось узнать, что он хорошо показал себя в битве под Москвой, будучи ополченцем, и не скрывал свою веру в того же бога, которого просил о милости Мишка.

Отношение Шурика к вере было проще, но он мог понять тех, кого это раздражало. Хотя эпоха государственного атеизма закончилась с падением ЕСС, многие люди по инерции продолжали бояться привлечь внимание магократов. И старались отойти в сторонку от открыто позиционирующих себя христиан и евреев. Шурик не мог представить, как скоро ситуация резко изменится.