Проблема сильного

***

Шурик с майором зашли в женское крыло через небольшую дверь возле столовой, выходящую во двор. Их встретили следы беспорядочной эвакуации, начавшейся прямо посреди обеда. На столах давно успел остыть овощной суп, второе, если оно вообще предполагалось, еще не подали. Хорошо, что суп остыл, иначе у Шурика, второй день сидевшего на сухпайке, непременно потекли бы слюнки.

Михайлов шел быстро, не оглядываясь по сторонам. Интуиция Шурика громко возмущалась такому поведению, призывая быть осторожнее. Убедить ее, что майор знает свое дело, было невозможно, однако, такая походка заставляла видеть в нем родственную душу.

Шурик тоже не любил проводить в пути больше времени, чем нужно.

Добравшись до установленного места встречи, офицер на секунду замер, будто осматриваясь. Только он не смотрел, а прощупывал окружающий мир своими способностями эмпата. Шурик чуял, как от майора во все стороны тянутся нити, готовые схватить, опутать и направить в нужную сторону любое существо, способное испытывать чувства. Шурик мог резать эти нити — большинство не могло.

— Где остальные? — шепотом спросил Шурик.

— Тупят, — сказал Михайлов. — Пошли.

Шурик преисполнился негодованием. Тупят? Теперь это так называется. А раньше всегда называлось «дезертировали». Понятно, конечно, что пользы от Ростовцева с Якушевским было бы немного. Но все равно неприятно, когда тебя бросают.

— Товарищ майор, — прошептал Шурик вслед двинувшемуся по лестнице офицеру, — я не смогу блокировать одновременно вас и девочку.

— Тогда смотри по ситуации и помни, что делать в случае моей смерти.

Нельзя быть полностью уверенным в правильности чтения эмоций, не видя лица, но спина Михайлова, которую мог видеть Шурик, не выдала ни малейшего следа напряженности или страха. Вместо трех зеркальщиков его прикрывает один? Ничего, дело житейское. Майор шел в полный рост, не пытаясь скрываться. И даже постучал в дверь.

Дверь, которая их интересовала, была покрыта облупившейся белой краской. Дверь была слегка приоткрыта, из-за нее доносился какой-то шорох.

И Михайлов в самом деле в нее постучал, к огромному удивлению Шурика. Шорох прекратился. Никаких заклинаний не чувствовалось. Еще бы, стук в дверь — последнее, что девочка ожидала услышать в сложившейся ситуации. Ответа не было, и секунд через десять Михайлов переспросил:

— Вы не возражаете?

Ответа по прежнему не было, и еще через десять секунд он, кивнув Шурику, зашел.

***

Впервые за сегодняшний день, Кира сомневалось в реальности происходящего.