Проблема сильного

Но кому нужны хорошие оценки? В этом мире нужно копать грядку и есть поменьше, а Кира проигрывает в обоих случаях. Худышка худышкой, а жрет раза в два больше человеческого. Она — пустая трата средств, не проходит и дня, чтобы ей не напомнили. Вот бы всем этим крепким бабищам побыть на ее месте. Кира открыла дверь с ноги.

— Надя, ты хоть знаешь, как это — быть во всем виноватой?

Надя по-поросячьи завизжала, хватаясь за живот. И осела на пол. Из под блузки вырвался столб пара. Изрядного пуза будто бы не было, не было и груди, которой Надя очень гордилась, ибо «будет парням за что потрогать».

Вот бы ей влюбиться в Зотова, сразу бы поняла, какая это дурь. Девочки завизжали, прячась под кровати, а Кира выбежала в коридор. Она ничего не понимала, но точно знала, куда идти и кого сейчас стоит повидать.

В мальчишечьем крыле было пусто. Где-то на улице выла сирена. Действительно, вызвали милицию. И пожарную, и скорую помощь. До этого момента Кира двигалась, как во сне. Теперь, помаленьку, начала понимать, что происходит.

Схватила со стола вазу и швырнула об стену. Подтверждая наметившуюся гипотезу, ваза испарилась в полете. Девочка забилась в уголок, обхватив руками коленки.

— Нет, — твердила она себе, — этого не может быть. Среди альвов не бывает огненных магов. Я вообще не могу быть магом. Я даже грядку копать не могу и постель заправлять красиво.

Из окна донесся усиленный громкоговорителем голос:

— Кира, выходи, тебя не тронут.

Кира попыталась удариться головой об стену. Остановилась в последний момент.

— Чертова кровь, — всхлипнула она. — Даже этого не могу.

Действительно, у альвов, даже ущербных, эгоизм в крови. В отличии от других девочек, Кира даже порезаться специально не могла. А когда это происходило случайно, проливала семь ручьев слез над каждой ранкой. Тот случай, когда ее избили, лучше вообще вычеркнуть из памяти, но даже сегодня это желание не исполнится. В такие моменты Кира благодарила Бога, что она не настоящий альв, и не будет всю оставшуюся жизнь помнить это все в мельчайших деталях.

— Кира, мы знаем, что ты в мужском крыле, — донеслось из окна.

Девочка еще глубже забилась в уголок и часто зашептала:

— Что делать, что делать...

На лестнице послышались шаги. Кира зажмурилась так, что глаза заболели. В этот момент самым большим ее желанием было просто исчезнуть, как та ваза. Но это желание, конечно же, не сбылось. Какой бы плохой ни была жизнь, альвийка отчаянно за нее цеплялась. Это у нее в крови.