Проблема сильного

При летней встрече со шведскими пограничниками он стрелял в их сторону, и вроде кого-то зацепил, но жертва осталась безликой. Вообще стоило бы удивиться, что тогда в парке Шурик так легко и не задумываясь ткнул дезинтегратора именно в почку. Но это был враг, и бой только начинался, так что, совесть не возражала. Теперь для нее стала тяжелым испытанием случайно задетая пулями Ложка. Однако, Солька явно не испытывала похожих терзаний.

– Лис, даже если они не видергангеры, то все равно бандиты. Да, я разбила голову бандиту.

– Большая. Я солдат, а не палач. Насчет тебя имею сомнения.

На слове «солдат» у Шурика образовался ком в горле. Совершенно неожиданно для себя, снова солдат. Отличный зарок, раз через два года нарушен.

– Эй, я тоже убила их в бою!

– После боя. Уже безвредных.

– Ага, безвредных. Что нам еще было делать? Быстрые ноги не предлагать. Если ты забыл, Алик бежать уже не мог.

– Связать надо было, – неуверенно предположил Шурик.

– Чем? Их ремнями? А ты умеешь?

– Да, именно, ремнями. Тогда мы все сразу увидели бы. И я умею. И додумался бы, дай ты мне хоть пару секунд. Заодно сразу поняли бы, что такого кадра надо тащить минимум в милицию, максимум сразу в Корпус. И не было бы месива возле «Арахны». В котором, говорят, умер один хороший цверг.

Шурик узнал об этом не сразу, но, когда видергангеры зашли строю цвергов в тыл, они не зря работали ножами. Нож – оружие столь же простое, сколь и коварное. Им сложно остановить, не убивая, зато очень легко убить, не думая. Глубокие проникающие раны могут быть весьма опасны. Один из пострадавших умер от ран.

– Но ведь тогда и ГСП не было бы. И всех наших денег. Жили бы мы – два скучных бедных студента.

– Да. Но, я так понимаю, тебя совсем не волнует сталкер, случайно умерший ради этого.

– Он вызвался добровольцем и знал, на что идет. Я благодарна ему и уважаю его решение.

– А Ложка эта тоже добровольцем вызвалась?

– В компанию Топора – да. Или как в целительницу камни кидать и одноклассниц на бутылку сажать, так мы добровольцы, а вот умирать от случайной пули при задержании не подписывались?

Их грубо прервал оклик: «Не двигаться». У корпусников таки дошли руки прочесать кусты.