Проблема сильного

Если бы мы до такой же степени, как некоторые суеверные бабули, боялись высших сил, это плохо сказалось бы на эффективности нашей работы.

И сказалось бы на жизни Шурика путем ее прекращения на долбаном складе, но об этом лучше не вспоминать хотя бы вслух. Налетевший как раз в унисон со страшными мыслями порыв ветра заглушил ответ Алика, и пришлось переспрашивать.

– Я не слышал разбора чудес на винтики. Мы говорили с отцом Василием около часа. Про книжку, которую он вроде бы хорошо знает. Сколько раз все упиралось в неисповедимые пути господни?

– Не считал.

– Четыре. Особенно интересное выражение лица у него было после вопроса о телепатах.

Да, Алик прошелся по тонкому льду. Наиболее реальным объяснением способности говорить на всех языках действительно было то, что голос на самом деле звучал в голове слушающего, расшифровываясь мозгом из наведенных образов. Только вот незадача, телепатия запрещена законом и церковь называет способность к ней печатью нечистого. Бог казался бы не очень последовательным, раздавая ее своим посланникам.

Ответ про архивов не выдерживал критики. Да, иметь идеальную память пока не преступление. Но скорость записи в такую память все равно ограничена, и ментат не выучит все языки за одну ночь. Ему потребуется меньше повторений, но на этом преимущества фотографической памяти заканчиваются. Ответ, что две тысячи лет назад изредка проявляющаяся в мире магия работала по другим принципам, звучал лучше, но так можно объяснить вообще что угодно.

– Хорошо, – со скрипом согласился Шурик, – церковь не может объяснить все.

– Правильно, а теперь скажи следующую фразу.

– Чего?

– Давай, скажи мне, что люди идут в церковь не за этим.

Фраза, которая, очевидно, должна была разозлить Шурика, сделала именно это.

– Люди действительно идут в церковь не за этим. Просто гораздо приятнее, особенно работая со всей этой фигней, жить в мире, который создан Богом, любящим нас, чем в мире, возникшем неведомо как и зачем, где все происходит случайно. Во втором и свихнуться недолго. Ты ведь заметил, что, хотя студентов в МИМТе не так много, каждый семестр у кого-нибудь едет крыша.

– Проблема в том, – сказал Алик, – что ты не выбираешь мир, где должен жить. Я бы выбрал какой-нибудь, где мировые войны закончились раньше, чем люди случайно призвали демонов. Как он при этом возник – не принципиально.

Шурик сжался, готовясь начинать все сначала.

– Ну, я, наверное, плохо объясняю. Но, в общем, Евангелие дает цельную картину мира, в котором хочется жить.