Одержимый. Начало

Всё время существования «Отказников» мы вели благотворительную деятельность, десятую часть гонораров пускали на помощь сиротам с серьёзными заболеваниями, подарки в детдома, юридическую помощь сиротам, переросшим детдом.

Мне стукнуло восемнадцать, а по ощущениям, все пятьдесят, я видел множество смертей, и то, как у людей закипает кровь , а потом их сосуды разрывает в клочья, и то, как пуля прошибает голову насквозь, и мозги забрызгивают стену, а ещё то, как горит оборотень подставившийся под коварный приём Жанны, выйдя из эфира у него за спиной, Жанна подожгла его импровизированным огнемётом, сооружённым из баллончика «лака для волос» и зажигалки, чего я только не повидал за это время, атаки пирокинетиков и электрокинетиков, различные смерти оборотней, всего три правда, но зато каких! Про взрывы гранат и обычные перестрелки я вообще молчу.

Началось с того, что Жанна её по понятным причинам проморгала, и на очередном задании, которое казалось простым, получило пулю в грудь, повезло что пуля прошла на вылет и ничего не задела. Но из боя она сразу выбыла. Ира попыталась вырубить стрелка биоэнергетическим шаром, даже попала, но это не помогло, я попытался подключится к стрелку, но безрезультатно, тогда мы поняли с кем имеем дело, пока Егор справлялся с порученным нам заданием, вязал гипнотизёра, которого как оказалось прикрывала эфирная имунитетчица, я постарался вывести её из строя, так как стрелковую позицию мы обнаружили ещё во время её первого выстрела, я стал метать туда ножи увеличивая дальность полёта телекинезом, хорошо что это были ножи с нанесённой на них руной «Имя Тюра», плохо что все они так в ней и остались, я знаю что попал в неё от силы тремя, но когда я потом искал их там, буквально через десять минут, там их не оказалось, это был мой любимый набор метательных ножей, из восьми изначальных сделанных мне Егором, у меня осталось всего два, но слава Богу из боя я её вывел, а гипнотизёра мы повязали.

За два месяца до Ольгиного совершеннолетия, Егор попросил у меня денег на хороший подарок, я отдал почти всё что было, он попросил четыреста тысяч из моих четырёхсот семидесяти, но мне было не жалко, я подумал он хочет кутить ей машину.