Театр убийц

Актёр, который заранее готовился к этому, как морально, так и физически, оказался не готов. Где-то в груди, ближе к сердцу вдруг резко зажгло, словно там зародилось маленькое, но крайне мощное, словно лавовое ядро. Жжение было невыносимым, сознание начало быстро таять, боль отнимала ощущение окружения - настолько было плохо, а в голове все чаще проскакивали мысли о неминуемой кончине. Прошла секунда, и лавовый шарик из груди рассредоточился по всему телу, словно актёр прыгнул в жерло вулкана. Всплеск случился неожиданно, и было это сравнимо с длительным ожогом по всему телу, кровь закипала подобно плавящемуся металлу, казалось, что из актёра вырывалось что-то невообразимо огромное, раздирая его плоть изнутри, боль была столь сильной, что смерть сейчас казалась лучшей панацеей.

Стриин упал в снег, приложившись головой о голую землю, но это было словно касание пушинкой по сравнению с тем, что испытывало его тело мгновение назад. От актёра исходил жар подобный тому, что окружает жерло вулкана, одежды на теле почти не было, лишь каике-то небольшие лоскуты, что чудом уцелели, пропали и все инородные предметы, застрявшие в нем, а на груди, руках и шее остались внушительного размера ожоги.

Единственное, что осталось целым, это волосы на лице и голове, как так получилось, Стриин не представлял. Помимо этого, актёр так же не знал, что у него болит, целы ли его кости и насколько вообще пострадало тело, ведь он его просто не ощущал. Жар спадал медленно, словно он был остывающей печкой в кузне, но чувствительность в конечности пока не возвращалась.

Пролежал так Стриин, наверное, около получаса, остыв лишь на пару градусов, прежде чем услышал, как с той стороны, где был город, его очень громко и надрывно окрикнули. Даже не поднимая головы, актёр понял, что это принцесса, которая сделала все так, как он и велел. Потом он услышал, как к нему на полной скорости мчится конь, потом с него шумно спрыгнули, и перед лицом появилась заплаканная, но улыбающаяся мордашка Альмины.

- Стриин, – принцесса шумно втянула носом, на глазах появились слезы. – Слава богам, ты живой.

- Воды, – еле слышно прохрипел актёр.

Алмьина быстро закивав, бросилась к коню, и принесла огромную флягу. Попытка придержать Стриина за голову, закончилось шипением и резким отдёргиванием руки. Пусть актёр теперь источал куда меньший жар, чем полчаса назад, но даже он чувствовал, что тело все ещё слишком горячее.