Театр убийц

Почему демон отступил? Что ему помешало взять меня под контроль? Зачем я согласился на предложение демона и принял его имя? Насколько долго я смогу ещё его сдерживать? Успею ли я привезти Альмину во дворец до того, как демон начнет брать верх? Вот какие сейчас вопросы кружились в голове Стриина, не давая ему покоя. Актёр пытался сосредоточиться на разговоре Ильяса и Ральтэра, но не мог, в голове шумело так, что слова было не разобрать. Через две кружки меда, старик откровенно начал клевать, поэтому, отправив Ильяса домой, с наказом поблагодарить мать, начал готовиться отходить ко сну.

Стриин улёгся прямо на том месте, где и сидел, старик же ушел на лавку, что была ближе к печи. Вначале актёр думал, что мысли о самых жутких последствиях его опрометчивого решения не дадут ему заснуть до утра, но он ошибся. Как только Стриин закрывал глаза и засыпал, перед ними вставало лицо демона, который “одарил” его своим именем. После этого происходили какие-то жуткие вещи, от которых актёр вскакивал в поту.

Такие приступы у него уже были после смерти сестры, ему полгода каждую ночь вновь и вновь воссоздавалась картина, как отец душит Альмету и как она на его глазах угасает. Наутро Стриин проснулся разбитый, вялый и никак не мог прийти в себя, перед глазами периодически вставали образы ночных кошмаров, от чего актёр непроизвольно вздрагивал.

- С тобой все в порядке? – Альмина положила ладонь на лоб Стриина и присмотрелась к нему. – Ты выглядишь уставшим.

Ты что, не спал?

Принцесса, впервые за время их совместного путешествия, проснулась раньше своего сопровождающего. После вчерашнего застолья она чувствовала себя очень даже хорошо, как она сама честно призналась, даже в трактире ей так сладко не спалось, как на теплой печи. Утром, помимо просьбы от Ральтэра помыть посуду, за которую, к удивлению, Стриина, Альмина взялась с большим энтузиазмом, прилагалось ещё одно поручение.

- Дрова позади домика, – старик махнул актёру в заднюю стенку.

– Там же и топорик лежит. Мне много не надо, пару десятков бревен расколешь, этого мне на месяц хватит.

Стриин поплёлся на задний двор, чтобы помахать топором, взбодриться и хоть немного отвлечься от дурных мыслей, которые словно паразиты, все крепче цеплялись за мозг. Отвлечься получилось, но ненадолго. Пять бревен он расколол без особых трудностей, но где-то на седьмом поймал себя на мысли, что он может лучше и быстрее.