Небеса Умоются Кровью 7

Только вместо торжества победы я ощущаю мертвенный холод и всепоглощающую пустоту.

Чьи-то голоса шепчут в темноте - обрывки фраз на грани слышимости. Обвинения? Предостережения? Мольбы о помощи?

Я просыпаюсь в холодном поту, судорожно хватая ртом воздух. Сердце колотится так, что, кажется, вот-вот проломит грудную клетку. Лихорадочно озираюсь по сторонам, силясь отделить явь от очередного кошмара.

Постепенно осознание реальности возвращается. Вот очертания лазарета, слабо освещённого предрассветными сумерками. Тихое дыхание других раненых офицеров за стеной.

Кто-то, должно быть, услышал мои стоны - у постели возникает обеспокоенное лицо целительницы. Она проверяет повязки, осторожно касается моего лба прохладной ладонью. Что-то спрашивает - кажется, о самочувствии.

Я лишь мотаю головой, пытаясь изобразить слабую улыбку. Не стоит пугать бедную девушку своими терзаниями.

Лекарка уходит, а я безвольно откидываюсь на подушку. В висках пульсирует глухая боль - то ли отголосок пережитого недавно, то ли предвестие грядущих испытаний. Тяжело вздыхаю и закрываю глаза. Здесь и сейчас я бессилен что-либо изменить. Остаётся лишь попытаться урвать ещё час-другой беспокойного сна и надеяться, что утро принесёт хоть какую-то ясность.

На следующий день, после очередного сеанса бесплодных попыток восстановить память, когда боль в висках становится почти нестерпимой, дверь в мои покои тихо открывается.

– Как ты? – спрашивает Текору, подходя ближе. – Лекари говорят, ты почти не ешь и плохо спишь. В чём дело?

Я пытаюсь изобразить беззаботную улыбку, но, судя по реакции друзей, выходит не очень убедительно.

– Голова раскалывается, – признаюсь я. – Воспоминания путаются. Чем сильнее стараюсь их ухватить, тем больше они ускользают.

Смуглокожий Изаар хлопает меня по плечу.

– Не перенапрягайся так, – говорит он. – После такой заварухи немудрено, что мозги набекрень.

– Не пытайся разгрести всё в одиночку, – добавляет Райдо. – Мы же братья по оружию, забыл?

Их слова действуют на меня успокаивающе. Впервые за долгое время я чувствую, что не один. Что у меня есть надёжные товарищи, готовые поддержать.

– Спасибо, – вздыхаю я. – Не знаю, что бы без вас делал.