По дороге могущества. Книга вторая: Лимрак.

Приятный мятный вкус, прохлада расползается по груди и телу, постепенно добирается до головы и рассеивает опутавший разум туман.

- Вот Саргошка, а! - ворчит гоблин, смачивая тряпку остатками зелья. - Из-за тя приходица лечилка тратить!

Он прикладывает компресс мне на шею и я не могу сдержать стона. Кусок эта гадина вырвала приличный, да и досталось мне знатно, не удивительно, что меня вырубило.

- Лапой прижми, - велел Муржит, - шобы ожог тожа заживал.

Послушно прижимаю левую руку к тряпке и чувствую покалывание в распухших пальцах.

В это время гоблин наклоняется к котелку и, выпятив свой квадратный зуб, пытается разжать сжимающую рукоять ладонь. Резкая боль буквально выстрелила и прошлась от кулака до плеча, я дёрнулся и замычал.

- Ты что творишь, падла??! - рычу, и с ненавистью пытаюсь испепелить карлика налитыми кровью глазами.

Не обращая на меня никакого внимания, тот продолжает рассматривать трясущуюся руку.

- Срослось, - со вздохом подводит итог Муржит. - Железо горячее, глубоко в плоть зайти и остыть.

С мясом рвать тока. Щас обезбольку дам.

Я покосился на разбухший кулак и сглотнул, тут же скривившись от боли в глотке.

- Не надо обезбольку… - устало приваливаюсь к стене и смотрю на потолок. - К шхайрату её…всего две штуки осталось... так рви.

Гобля не стал переубеждать, лишь молча достал кинжал и сунул его рукоять мне в зубы. Потом вновь наклонился к котлу, ещё раз оценил предстоящий фронт работ, что-то пробормотал про себя и вытащил из моих ножен на голени нож. Закрыв глаза, я отвернулся и покрепче сжал челюстями ручку кинжала.

На всякий случай также убрал руку от шеи и вцепился ею в штанину.

Муржит с натугой отогнул большой палец и я взвыл от боли. Раздался рвущийся звук, словно отдираешь что-то, что крепко приклеилось. Тяжело дыша, я мычал и сильнее вгрызался в скрипящую рукоять до тех пор, пока длилась эта экзекуция. Но, наконец, рывки прекратились. Гоблин снял с моей шеи компресс и выдавил немного лекарственной жидкости на израненную ладонь, а потом использовал её в качестве повязки.

Немного полегчало.

Я выплюнул кинжал и, отдуваясь, прохрипел:

- Ну как?

- Фкусно! - радостно ответил Гобля.

Выпучив глаза, я резко повернул голову и уставился на что-то блаженно жующего квадрозубого. Опустил взгляд на котёл и несколько секунд в ступоре смотрел на рукоять с прижарившимися кусочками мяса. Голова закружилась и я отвернулся. Когда же слабость прошла, я опёрся спиной о стену и поднялся на ноги.

- Пошли обратно. Там должна быть еда.