Реликвия и скальбурский зверь

– Я не хочу возвращаться в вонючую ночлежку и жрать всякую дрянь…

– Бросай зубатого к чёрту! – зарычал Броль. – Он не нужен!

На Зубастика, который беспомощно барахтался, пытаясь поднять мешок, было больно смотреть. Он посинел, дышал будто загнанная лошадь, по лицо стекал пот.

– Я просто не могу, – застонал Жиль. – Лучше оставь меня и уходи.

– С ума сошёл? – Всебор подскочил к другу, выхватил саблю и обрезал лямки на мешке с золотом. – А теперь выворачивай карманы. И поживее...

Жиль захныкал и, качая головой, попятился.

– Не заставляй меня это делать, – промямлил он. – На это золото можно сто лет жить безбедно.

– Ты глупый бестолковый болван, – обозлился Всебор. – Если не бросишь барахло, не будет никакой жизни.

Всебор схватил Зубастика за воротник и поволок за собой. Он тащил приятеля и одновременно умудрялся потрошить его раздутые карманы. Каждый выброшенный самородок сопровождался истошным воплем Жиля, словно он терял не золото, а какую-то часть себя.

Броль и Палько убежали далеко вперёд, и даже неповоротливый Клут припустил резвее, когда железные ступени загрохотали от поступи сотен голодных тварей.

"Нет никого страшнее, чем эти бездушные создания, – холодея от ужаса,подумал Всебор. – Стать их пищей, значит потерять душу".

Он обернулся только раз, когда услышал за спиной бессвязный яростный рык. Из сокровищницы выскочил какой-то жуткий взлохмаченный оборванец, который разинул пасть и злобно зашипел. Волоча сломанную ногу "отверженный" тут же бросился следом. А за ним, из узкого прохода в пещеру, уже рвалась ненасытная толпа рычащей нечисти.

2

– Остолопы! Живее, живее! – закричал Броль. – Вам бы дома сидеть, а не золото искать!

Они выбрались в гигантский шурф и остановились передохнуть. Пробег по туннелю оказался не простым. Сказывалась накопившаяся усталость, недостаток воздуха и пищи.

– Как же ты прав, – качая головой, проговорил Клут. – Сидел бы сейчас у себя на заимке, а жёнушка запекала бы угрей, да варила супчик с вермишелью.

Клут облизал губы и сморщился.

– И чего я связался с тобой? Ты приносишь одни неприятности.

– Да, ну!? Так послушай, что я скажу, – Броль забрал у толстяка пистолет, а ему отдал свой разряженный. – Твои неприятности ещё не закончились, как у всех у нас. Через пару минут упыри доберутся до шурфа, и если мы отсюда не уберёмся, твоя жёнушка будет готовить угрей для кого-нибудь другого.

– Ты, мерзавец! Говорить мне такое? – багровея от ярости, процедил Клут. – Дай только отдышаться и я вышибу тебе зубы.