Лепестки светло-розовой вишни. Танец под Луной.

– Воплощение… - сказал, убрав руку с плеча Авалора.

Теперь все встало на свои места. И едва ощутимый шлейф энергии, плещущийся дымкой на дне резерва, и проникновение в мою комнату без обнаружения, и внешний облик, не тронутый проклятым огнем. Перед тем, как рухнуть без чувств от боли испепеленной глазницы, я видел то, каким стал Лор. Левая часть его тела полностью обуглилась, взгляд лиловых глаз потух, а молнии, разрывающие небеса, пронзив Нобу, оставили от того только прах.

- Увы, но да… - подходит к открытому окну Лор, смотря во тьму ночи, - тело мое почти мертво, живы только разум и воля Рева Небес.

Это и позволило сформировать энергетическую форму, чтобы поговорить с тобой.

- О чем?

- Об Айсидоре… - голос демона дрогнул от рыка, а руки сжались в кулаки.

В прежние времена от его гнева затрещали бы молнии, накалился воздух и ударила волна небесного рева, но не сейчас. Воплощение – это сформировавшийся по воле разума сгусток чистой энергии, принявший нужную форму. Использование молний только ускорит рассеивание воплощенного облика.

- Его жизнь должна забрать Натани, - просит Авалор, зная мои личные к нему претензии, поясняя: - с последней пролитой каплей крови, несущей всплеск его энергии, упав на ее ладонь, вернется прежняя сила и могущество наследницы дома Стэхани.

- Думаю, Ссаху, как и мне, хватит обагренных кровью рук, мольбы о пощаде и предсмертных страданий от принесенных мучений, - на слова мести младшему брату, которую мы с нагом долгое время теплим в душе, Авалор никак не отреагировал.

Он прекрасно знает, насколько глубока наша с Лиссахаом обида на Айсидора. Именно поэтому он не просит снисхождения и менее кровавой участи для брата, а отдает его судьбу на нашу с нагом волю.

- Мне пора, Такэ-чан… - и хотел отпустить воплощение, вернуться разумом в страдающее от Проклятого огня тело, как я сделал шаг вперед. Протянул руку и хотел остановить его, но смог только спросить, где он и есть ли надежда на спасение. Лор-семпай обернулся и чуть улыбнувшись, посмотрел с благодарностью.

Перед тем, как отпустить воплощение, он отрицательно покачал головой, отвечая тем самым на мой вопрос о спасении.

Рука моя опустилась, как и взгляд, а я сам упал на пол, на колени. Плечи дрожали от немых слез и раздирающей тело боли. Капли алой крови из прокушенной губы и глазного провала капали на ковер. Лепестки бледно-розовой вишни, отозвавшись на мои эмоции, кружили в медленном вихре танца туманной дымки.