Голос пугающей пустоты (Стеклянные небеса 2)

— Что там? — обеспокоенно спросила Джейл, всматриваясь Теолрину за спину. — Всадники? Еще один патруль?

Теолрин закусил нижнюю губу и, наконец, вытащил левую ногу.

— Хуже. — Высвободив вторую ногу, он перекинул ее через лошадь и спрыгнул. Потом ухватился за уздечку и, посмотрев Джейл в глаза, произнес слово, которое надеялся не произносить еще очень долго: — Летающий.

Глава 14

Теолрину нередко доводилось сомневаться.

Уезжать ли с родителями в столицу навстречу новой жизни или же остаться в Дар-на-Гелиоте? Рискнуть ли всем, что он имеет, и украсть красный осколок? Предать ли Клэйва и Джейл, чтобы стать частью замысла Факела и заслужить соответствующую награду?.

Сомнения были, по сути, его неотъемлемой частью. Практически вторым «я».

Однако сейчас у Теолрина не было ни малейших сомнений: та темная точка в небе, движущаяся среди облаков на вечереющем небе, не была ни птицей, ни, тем более, игрой его воображения.

Это был Летающий.

Летающий, почти наверняка выслеживающий их двоих — либо же Теолрин был о себе слишком высокого мнения.

— Он заметил нас? — первым делом спросила Джейл, как только Теолрин спешился и принялся тащить недовольно фыркающую и мотающую мордой лошадь под прикрытие высокой скалы.

— Не знаю. — Лошадь заржала и, принявшись брыкаться, едва не вырвала поводья из рук Теолрина. — Давай же, сука тупая, шевелись!

Громко заржав, лошадь поднялась на дыбы. Теолрин едва удержался, чтобы не подняться в воздух следом за лошадиной мордой.

— Молча шевелись, ты, животное.

В принципе, Теолрин не имел ничего против лошадей и даже против этой в частности (пусть она порой и вела себя, по меньшей мере, странно) — однако обстоятельства вынуждали его действовать решительно. Жестоко. Если они привлекут внимание Летающего, тот почти наверняка спустится сюда. Ну, а если дело дойдет до битвы, они обречены. Пусть даже он и научился использовать малую толику сил Летающего, выплескивая эмоции — это все равно была капля в море.

Наконец, Теолрин затащил лошадь под сень скалы и, следуя примеру Джейл, принялся привязывать ее за поводья к ветви торчащего из скалы камнекедра. Покончив с этим, он подошел к северному краю скалы и, с колотящимся в груди сердцем, осторожно выглянул из-за него. Его взору предстали бесконечные островерхие утесы, тянущиеся заостренными вершинами к небесам.

— Ну? — почти сразу же тихо окликнула его Джейл. — Что там?

— Вижу его.