Пипец Котёнку! 2

Метку возле портала я в этот раз не поставил, понадеялся на наставницу. Короче, мы заблудились.

Пелагея явно чувствовала себя виноватой, что втянула новичка в такую переделку. Но мне было норм, разве что хотелось нормальной еды и поспать на кровати, а не на мокрой земле. А ещё я переживал за Свету. Надеюсь, с ней всё в порядке.

Из плюсов — мы добыли пятнадцать крупных макров, и ещё штук тридцать мелких. Не говоря уже о змеиных шкурах, клыках аллигаторов и прочих полезных частях тел монстров. Пелагея обещала подсказать алхимическую лавку, где их можно продать по хорошей цене или обменять на полезные зелья.

Каштан активировала артефакт-маячок, но сразу уточнила, что со второго уровня Изнанки он до штаб-квартиры точно не добьёт. Максимум, сигнал получат другие охотники, если спустятся сюда. Лучше, чем ничего.

Мы плутали уже третий день, но так и не нашли путь назад. Болота вокруг были сплошь одинаковыми, а Люсиль ничем не могла помочь. Порталы она не чувствовала и не могла найти издалека.

— И часто с тобой приключается подобная хрень? — отбрасывая змеиный хребет, спрашиваю я.

— Хватит уже, Ярослав, — кривится Пелагея. — Я прошу прощения, что наша первая вылазка превратилась в кошмар.

Даже чуточку стыдно стало, что опытная охотница передо мной оправдывается. Поэтому примирительно говорю:

— Да брось, я без упрёка. Просто интересно.

— Нет, не часто, — бурчит женщина. — Обычно я охочусь, добываю несколько кристаллов и спокойно ухожу. Но однажды застряла на Изнанке на месяц. Меня уже похоронили, а потом я вернулась и вывалила на стол Мастифину почти сто макров.

— И этот шрам? — указываю на глубокую отметину, что тянется от виска до подбородка Пелагеи.

— Догадливый, — улыбается та. — Ну что, кто сегодня первый дежурит?

— Давай я, — беру в руки лук. — Может, подстрелю пару этих грёбаных летучих ящериц.

— Хорошо, — охотница тушит костёр, потому что уже темнеет, а привлекать внимание нам ни к чему. — Если вдруг начнёшь клевать носом — буди.

— Конечно, — устраиваюсь поудобнее, глядя на заходящее тусклое солнце.

Пелагея кладёт под голову рюкзак и ложится на куртку.

— Сексом не хочешь заняться? — буднично так спрашивает. — Согреемся немного.

Тысячу серрангов мне в портки... Да, здешние ночи прохладны. И я был бы очень не против согреться со своей мускулистой, но такой горячей наставницей.

Мастифин говорил, что никто за долгие годы не сумел залезть к ней в трусики. Мне же сама предлагает. Повод для гордости.