Менталист. Революция

Но расстояние между нами не такое большое, успеваю преодолеть его за считанные мгновения. Удар сотрясает морду врага, по размерам не уступающую небольшому автомобилю. Приходится даже подпрыгнуть, чтобы достать.

Туша монстра дрогнула, он пошатнулся, сохраняя равновесие.

Али юрким ужом вывернулся, получив желанную свободу. Приземляюсь на землю, уходя кувырком назад, вовремя кстати, землю сотрясает удар лапы. Перехватываю Али за тело, чтобы наверняка захватить его.

Последнее, что вижу, это невероятно осмысленный взгляд старого центуриона, в котором пылает нечеловеческая злоба.

Последнее, что чувствую, это как сдавливается челюсть на многострадальном плече, это добрался один из легионеров.

Вспышка переноса и нашу троицу несёт прямиком в лагерь людей.

Что-то не так с координатами, но переместились мы выше на метра полтора. Это и помогло избавится от вцепившегося в меня монстра, он просто отвалился при падении.

Наше прибытие прошло бы практически незамеченным, если бы не по какой-то причине собравшиеся тут бойцы из Новгорода.

Русоволосый тут же схватился за автомат, направляя его на меня. Открылась стрельба, его поддержал здоровяк, а девушки тут же разошлись, чтобы покрыть как можно большее расстояние.

Но что такое один легионер против пятёрки бойцов?

Тварь быстро была нашпигована пулями, упав в паре метров от меня, судя по жирной точке на панели шлема. По мне попали несколько раз, но латы надёжно укрыли от автоматной очереди.

— Али, малыш, — протянул я руку в пустоту.

Не дождавшись прильнувшего ко мне друга, я обернулся, шаря глазами. Предчувствия завыли одиноким волком, сковывая всё льдом, где-то в животе.

Маленький центуриончик лежал рядом с легионером, вцепившись в его лапу. Бока питомца быстро поднимались и опускались, на них красовалась россыпь ранений, видимо задело очередью из автомата, снова отстранённо отметил я.

Вот почему точка была такой жирной, он до последнего меня защищал. Прошёл целый прорыв, дрался с центурионом в две сотни раз превосходящим его по размерам. Для чего!? Чтобы сдохнуть среди своих?! Ко мне подошла Герда, осторожно заглядывая в глаза.

Свет будто выключили, еле услышал свои же слова.

— Если он погибнет, вы все умрёте.

Голос неестественный, спокойный и шелестящий, но даже мне стало жутко.