Саги Арнира. Оружие Древних

Слезы лились из глаз. Шенн не любит ее, не любит. Было бы иначе, он обнял бы ее, и просил прощения. Нашел бы иные слова, но он... 

          Когда Далмира ушла, Шенн опустился на песок. Руки вцепились в волосы. 

- Боги, как мне тяжело, - прошептал он. – Она не понимает, что Ольф создал меня таким, какой я есть. Всем, что я знаю, что умею – я обязан ему. И выполню то, для чего он учил меня. Я больше не варвар, не дикарь. В отличие от них, я понимаю главное: жизни нескольких людей не стоят ничего, если смерть грозит целому народу.

          Далмира вернулась к костру. Все воины спали, лишь Эрбин и гурданец сидели у огня. До девушки донесся разговор: 

- ... этого я не знаю. Кто он и что он – неизвестно, - Эрбин поковырял веточкой угли. - С Улнаром мы сражались рука об руку много лун. Он непонятный человек для меня, но в одном могу поручиться: он не предатель. 

- А я могу поручиться только за самого себя - ответил гурданец.

- Не знаю, - отвечал эшнарец. – Но он пропал, а одному в Кхиноре не выжить...

          Далмира опустила глаза. Улнар был хорошим человеком, подумала она, вспоминая воина. С первого взгляда она поняла, что он близок ей. После многих дней в походе Улнар показал себя отважным воином, но не жестоким, как Маррод, и не жадным, как эшнарец Эрбин. Она не могла сказать, что привлекало ее в нем, Улнар явился в ее жизнь стремительно, и так же быстро исчез.

          Утром воины двинулись на восток. Было жарко. На небе ни облачка, и жгучие лучи солнца раскаляли доспехи так, что можно было обжечься. Хаггар вел отряд низинами, чтобы скрыться от посторонних глаз. Все хранили молчание. Говорить было не о чем, к тому же от разговоров лишь сильнее пересыхало в горле. Запасы воды закончились, и все мысли арнов занимала река.

          - Сколько мер еще нам идти, а, мастер? – утирая пол со лба, спросил Эвран. Поджарый гурданец как будто высох, его узкое, покрытое щетиной лицо стало коричневым от загара. 

          - Я смогу ответить ночью, - сказал Шенн. 

          - Ты говорил, что бывал здесь. 

          - Бывал, но это было давно.