Матабар III

Капитан, в итоге, потратил минут пять, чтобы найти, где припарковаться и, встав между практически идентичными копиями его авто, заглушил двигатель, после чего достал из багажника покрывало и накрыл им корпус.

Подходя к парадному входу в управление Ардан замедлил шаг, ожидая что капитан опять закурит, но тот и не думал останавливаться.

Ах, ну да, разумеется - примета ведь касалась случаев, когда в Черный Дом заходили трое или больше, а сейчас они вдвоем.

Капитан сверкнул удостоверением скучающим охранникам, затем они переоделись в уже знакомом Ардану гардеробе, после чего побрели по хитросплетению коридоров и переходов первого этажа.

Рассматривать здесь что-то, как и в прошлый раз, не имело смысла. Все те же ковры на полу, все те же ничем не примечательные фотографии, горшки с цветками, тюль с занавесками и бесчисленное множество двойных дверей из которых изредка, храня молчание, выходили работники, чтобы исчезнуть уже в других кабинетах и помещениях.

Разве что теперь, в куда более спокойной обстановке, Ардан смог принюхаться к местным запахам.

Свернув пару раз направо, пройдя через несколько развилок они с Миларом, наконец, добрались до пункта назначения незатейливого маршрута.

Капитан, потянув за оловянную ручку, неспешно открыл дверь, пропуская в тесный тамбур Ардана и только после того, как закрыл за ними первую, открыл следующую, впуская юношу в довольно просторное помещение.

В ноздри тут же ударил характерный запах с примесями формалина, едва уловимыми нотками зловонного, удушающего формальдегида (который, судя по всему, содержался в столь минимальных дозах, что его не улавливали человеческие носы), спирта и терпкого, травяного чая. Пол под ногами блестел из-за намытой, шероховатой, выложенной ромбиком плитки; на выкрашенных в темно-серый цвет стенах застыли множество застекленных полок и шкафчиков, хранящих ряды картонных папок разной толщины, приборов и инструментов из хирургической стали, а еще банок с темной, янтарной жидкостью, внутри которых застыли части человеческих тел.

У дальней стены, рядом с занавешенным окном, примостился стол, где, кроме закрытого термоса и чашки с пританцовывающей сверху струйкой пара, больше ничего не оказалось.

Слева, в длинном, вытянутом зале, обнаружились еще три стола. Но совсем иного толка.