Матабар III

Даже, как теперь понимал Ардан, если здесь пролегали не его охотничьи тропы. Даже, если дело касалось зверя, не живущего в Алькаде. Эргар бы помог. Спас. Защитил. Потому что таков был его путь среди снежных вершин, купающихся в холодном, лунном свете длинных ночей.

И стоило юноше вспомнить родные горы, как дыхание выровнялось, а сердце немного успокоилось. Он ведь, все же, в первую очередь, ученик барса. Не дело ему…

- Ш-ш-ш-ш, - прошипели на ухо.

Четыре руки выдернули его из лаза и тут же, дернув в сторону, потянули вниз.

Когда юноша смог, наконец, снова нормально видеть, то обнаружил себя, вместе с Плащами, за сложенными друг на друга деревянными ящиками, служившими им укрытием.

Вчетвером они прятались в овальном, широком, арочном проходе. По стенам вились толстенные тропинки кабелей, соединявшиеся в гудящих трансформаторах, а порой уходящие по трубам в стены, местами покрытые стальными пластинами. Сам же проход, с одной стороны, ограждался стеной, а с другой, через широкие арки, открывал вид на круглую площадку метров десять диаметров.

На той искрили четыре высокие, похожие на стальные воздушные шарики, установки с узкими основаниями и здоровенными сферами в навершиях. Кабели, отходящие от них, должны были, по задумке инженеров, соединяться с остальными и, четырьмя широкими магистралями, расходиться по трансформаторам, распределяющим напряжение к следующим ответвлениям. Кажется так, когда-то, объяснял брат Анны.

Вот только магистральные кабели оказались обрублены и, вместо того, чтобы присоединяться к трансформаторам, каждый из них оказался закреплен медными клемами к винтам на крышках хрустальных ящиков. Хрусталь являлся одним из лучших проводников Лей-напряжения - лампы в фонарях, к примеру, делали именно из него.

Контейнеры лежали на каменном полу в четырех, выведенных кровью, участках самой, пожалуй, громадной и сложной печати, которая и на печать-то, по сути, не была похожа. Скорее на их сочетание.

И если бы Ардан не видел прежде чертежа стратегической магии, то счел бы подобное творение бредом сумасшедшего.

В центре же, прямо внутри печати, сидела закутанная в черный балахон фигура и не двигалась.

Ардан, даже со спины, пусть и не видя лица, мигом узнал её. Именно эта фигура стреляла в него прошлой ночью.

- Не шевелись, - шикнул на него Урский. - Смотри.